— Муж тоже достоин внимания. Эта бесчестная сволочь бросила её, когда Анна забеременела. Побоялся ответственности, не знаю. Ребёнок родился инвалидом, а денег у Анны не было, потому что отец перестал поддерживать её после ухода мужа. Посчитал, что это она виновата. Дескать, отец предоставил ей возможность выйти за богача и жить припеваючи, но она этой возможностью не воспользовалась, стало быть пусть справляется сама. И ведь справлялась, усердно работала, зарабатывала на жильё и еду. Но ей никогда не заработать на операцию для сына, которого она очень любит. Тогда я предложил ей сделку. Она поможет мне, а я оплачу лечение. Анна согласилась. Теперь ребёнок здоров. Благодаря мне! Мне, а не малодушному юристу!
— У меня нет слов, — после долгого молчания заключил Стед. — Но всё же вы сказали, что покидаете Англию не из-за любви. Зачем же вы всё бросаете? Как мне кажется, у вас был шанс.
Келли вздохнул.
— Лучше я буду тихо и одиноко любить её издалека, чем вновь разочаровываться в ней. Такая любовь мне больше нравится. Она чистая, искренняя… личная.
— Знаете, мистер Кросби, со многими я успел познакомиться здесь, в порту, в отеле. Все они такие… узкомыслящие. Вы, пожалуй, самый интересный из них всех. Я очень рад нашему знакомству. С вашего позволения, — Стед посмотрел на карманные часы, — вынужден откланяться. У меня запланирована встреча. Но мы с вами ещё поговорим.
Джонатан пару раз кивнул, улыбнулся. Когда журналист ушёл, убийца поставил локти на фальшборт. Он смотрел в сторону Франции. Поначалу пытался сдерживать собирающиеся в глазах слёзы. Но не сдержал.
4.
— Я потерял тебя пару часов назад. Хочешь сказать, что начал пить сразу, как мы разошлись? — спрашивал Джонатан.
В ответ прозвучало невнятное мычание Уильяма, в котором слышалось сожаление.
— Нам нельзя выделяться, идиот. Как таких, как ты, вообще берут на службу в полицию?
Уильям поднял руку с выставленным указательным пальцем, словно хотел поставить Джонатана на место, но только икнул.
— Сейчас же иди к себе в каюту.
Отрицательное мычание.
— Даже не думай, нести тебя я не стану.
Уильям замахал головой, указывая, что предыдущее мычание никак не относилось к способу прибытия в каюту. Он собрался с силами, глубоко вдохнул.
— Са… ик… лют.
— Серьёзно?
Полицейский активно закивал, тряся при этом не только головой, но и всем торсом.
Джонатан вздохнул, прикрыв лицо рукой.
— И когда же этот салют? Ах… Нашёл у кого спросить.
Уильям, все ещё не поднимаясь с пола, побил себя по карманам. Достал часы. Восторженно замычал и икнул. Затем опять поднял руку с выставленным пальцем. Келли посмотрел вверх. Небо пару секунд молчало, но потом по нему пролетел залп. Палубы озарил красный свет, потом синий, зелёный. Хоть их наблюдательный пункт, а именно невзрачный угол ближе к корме корабля, не был самым лучшим, всё же зрелище выдающееся. Взрывы глушили радостные восклицания толпы, которые можно было услышать только между залпами. Джонатан взглянул назад. Он замер. В этой части корабля было темно и Келли не сразу увидел их. Они собрались у решётки, отделяющей “людей” от “животных”. Их лица были видны лишь при залпах фейерверка. Пассажиры третьего класса. Салют раскрашивал их серые силуэты в разные цвета, но серый продолжал доминировать. Казалось, что они вросли друг в друга, что толпа сейчас протиснется через прутья решётки. Но только казалось. Толпа, находившаяся в носовой части корабля, шумела, гудела и ликовала. Корма судна не произносила ни слова. Лишь наблюдала. Завистливо, мечтая поменяться с богачами местами. Дети тоже молчали, хоть и скорее всего видели салют впервые в жизни. Вскоре небо затихло. Пассажиры третьего класса стали растворяться в темноте, будто группа слизней, чей покой нарушили.
— Давай уйдём отсюда.
— Давай, — вполне отчетливо проговорил Уильям.
5.
Уильям не мог уснуть. Однако в этом были виноваты не только первая пьянка в его жизни и молящийся Томас Байлз, но и ссора пассажиров из соседней каюты. Двое мужчин были недовольны присутствием друг друга. Слов полицейский услышать не мог, свою роль в этом сыграл священник, но настроены они были явно враждебно. Словесная перепалка закончилась ударом чего-то об стену, как раз ту, которая находилась рядом с Уильямом. От неожиданности он вздрогнул. Байлз посмотрел на него.
— Может вам сходить, посмотреть, что у них там?
Уильям не ответил. Все силы он потратил на то, чтобы сюда дойти. Теперь собирался только спать. Дела соседей его не волновали. По крайней мере, сегодня.
6.
Косминский выглядел иначе. Его лицо, оставалось таким же как при их встрече. А вот одежда и в целом внешний вид отличались. Он выглядел именно так, как Джонатан представлял Джека-потрошителя: длинное пальто, цилиндр, трость и портфель. Он стал крупнее, плечистее. Косминский больше не был тем щуплым обреченным психом, сейчас он больше напоминал самого Джонатана.
Келли какое-то время смотрел на него. Затем опустил глаза.
