– Вот что я вам скажу, – обратился к Чжи Хуа Храбрец. – Возвращайтесь-ка вы с учеником в усадьбу, чтобы не вызвать у Ма Цяна подозрений, я же провожу господина правителя в ямынь.
На том они и порешили.
По дороге Аи Ху рассказал, что последовал за Чжи Хуа в подземелье, видел, как тот убил Ма Юна, потом решил увести коня и дожидаться в лесу.
– А знаешь, кто спас правителя? Твой дядя Оуян Чунь! – воскликнул Чжи Хуа.
– Оуян Чунь? Уж не тот ли Рыжебородый Храбрец, о котором вы так часто вспоминаете?
– Он самый.
– Вот досада! В темноте я даже не разглядел его.
– Не беспокойся! Завтра во вторую стражу он будет здесь.
А теперь вернемся к Ни Цзи-цзу. Храбрец простился с ним на рассвете, когда уже недалеко было до города, и правитель поспешил в ямынь.
– Ни Чжун не возвратился? – спросил правитель у мальчика-слуги.
– Нет, не возвратился, – ответил мальчик.
Правитель подкрепился и лег отдыхать.
Ни Чжун вернулся лишь к полудню, узнал, что господин уже в ямыне, и очень этому обрадовался. Пока они рассказывали друг другу о том, что с каждым приключилось, слуга, не дожидаясь распоряжений, накрыл на стол. Как только трапеза была закончена, Ни Чжун отлучился ненадолго и привел служителей Ван Кая и Чжан Сюна.
– Возьмите двадцать стражников покрепче, – сказал правитель, – вооружитесь и поодиночке проберитесь в храм Бога болезней, который двумя ли южнее Баванчжуана. В сумерки вас будет ждать там голубоглазый богатырь с рыжей бородой. Он скажет, что вам делать.
Ма Цян между тем устроил пир, а сам не переставал с тревогой ждать Ма Юна. Вдруг в зал вбежал слуга:
– Господин, позвольте доложить!
– Что? Прибыли войска? – Ма Цяна прошиб пот.
– Нет. Староста из южного поместья прислал зерно.
– И ты шумишь из-за такого пустяка? – Ма Цян выпучил глаза от ярости. – Шел бы лучше и принимал зерно!
В тот день ничего примечательного больше не произошло.
Но если хотите знать, что приключилось после, прочтите следующую главу.
Итак, весь день Ма Цян провел в тревоге, успокоился он только к вечеру, когда в усадьбе воцарилась тишина.
Во вторую стражу, когда Ма Цян с женой уже укладывались спать, зашуршала дверная занавеска и на пороге появился человек с мечом в руке. Его голубые глаза сверкали от гнева.
Злодей запросил было пощады, но Храбрец с Севера, а это был он, пригрозил ему, чтобы не шумел, обрезал веревки, на которых был подвешен полог, связал Ма Цяна и его жену, а рот заткнул им подолом одежды. Затем вышел в сад и трижды хлопнул в ладоши. Тут же появились Ван Кай с Чжан Сюном и стражники.
Люди Ма Цяна, узнав от служанки, что приключилось, вооружившись, побежали выручать господ, которые лежали на полу связанные. Но когда увидели у внутренних ворот огромного детину с обнаженным мечом, остановились в нерешительности и стали перешептываться. Никто не осмеливался идти первым. Наконец вперед вышел Дэн Чэ.
– Ну-ка, пропустите меня! – приказал он, поднял самострел, заряженный железным шариком, и выстрелил.
Но шарик был Храбрецом отбит и угодил в одного из разбойников. Дэн Чэ еще раз выстрелил, потом еще раз и еще, но в Храбреца ему так и не удалось попасть.
Когда же меч, выбитый Храбрецом из рук Чжан Хуа, угодил прямо в голову Сюй Юну, злодеи все разом закричали:
– У этого великана летающий меч! Спасайтесь! Нам все равно его не одолеть!
И они бросились кто куда.
Чжи Хуа со своим учеником были в это время на крыше и все видели. Они спустились вниз, и Чжи Хуа обратился к Храбрецу:
– Госпожа Го ни в чем не виновата. Зачем тащить ее в ямынь?
– Вы правы, – согласился Храбрец с Севера. – Пусть остается дома.
Ма Цяна, связанного, с кляпом во рту, посадили на коня, и все покинули усадьбу. Впереди ехал Чжи Хуа с таким видом, будто он сопровождает господина. За ним, бок о бок, следовали Аи Ху и Оуян Чунь, которые всю дорогу беседовали между собой.
А теперь вернемся к сообщникам Ма Цяна, которые остались в усадьбе. Потолковав между собой, они решили искать убежище у Чжао Цюэ, Сянъянского князя. Кто-то возразил было:
– А где взять денег на дорожные расходы? Путь ведь не близкий.
– У госпожи Го возьмем, – заявили хором остальные. – Добром не даст – силой отберем.
И разбойники ринулись гурьбой во внутренние покои. Перепуганная насмерть женщина забралась под одеяло, а когда наконец осмелилась высунуть голову, то увидела, что все сундуки и ящики открыты, а вещи разбросаны по полу.
Как только рассвело, госпожа Го осмотрела комнаты, и тут выяснилось, что все золото, серебро, драгоценности и кое-что из одежды исчезло.
Госпожа Го велела сделать опись пропавших вещей и подала жалобу начальнику уезда на человека по прозванию Храбрец с Севера, который якобы со своими людьми ночью разграбил усадьбу.
