Трофеи берсерков полностью

Весь завтрак он просидел молча, хмуря брови, выглядел напряженным и собранным. Ночью Денис почти не спал. Вместо того чтобы присоединиться к друзьям у костра, лежал на земле рядом с фургоном, где спали лисички и рысь. Ему было все равно, как такое поведение восприняли караульные, рыси и волк. Объяснили для себя усиленной охраной или еще чем. Друзья бера — оба еле удержались от характерного покручивания пальцем у виска. Только Борис выглядел еще и насторожившимся.

Ада по-прежнему не могла пересилить себя и посмотреть Денису в глаза. Причем ни с Велиславом, ни с Борисом данной проблемы не возникало. Страха она, как ни странно, не испытывала. В ответ на непонятное извинение берсерка осторожно кивнула, давая понять, что все в порядке. Такой пустяк, в самом деле! Бер не обязан извиняться, вообще не должен с ней заговаривать, беспокоиться. Царь и Бог, у него сила; может позволить себе все, что угодно.

Но Денис и на этом не успокоился. Сразу после кивка Ады медленно поднялся с места и направился к девушке. Будто получил разрешение или приглашение. Подошел вплотную и встал у нее за спиной. Движения плавные и выверенные, как у хищника, боящегося спугнуть добычу.

Ада подобралась, просто уже не представляя, чего ожидать. Быстро стрельнула взглядом на других беров, те внимательно следили за другом. Остальные, похоже, как и сама Ада, ничего не понимали.

— Ты что творишь? — тихо, с предостережением в голосе спросил Борис. — Выбор…

— Твою… лапу, — удивленно протянул Велислав.

Скептичное выражение лица Марьи выражало полное согласие с последним. Хорошо, что с завтраком закончили, иначе вся компания сейчас, вероятно, заходилась бы в кашле, подавившись.

Ден наклонился над Адой, одну ладонь положил на ее плечо, второй отводил волосы с шеи. Кончики пальцев прошлись по голой коже, отчего девушка чуть не подпрыгнула на месте. Каждое движение рук Дениса отдавалось в ее теле не подвластной контролю дрожью. Теплые пальцы шевелились, сплетая и завязывая концы шнурков, при каждом движении касаясь кожи девушки. Размеренное глубокое дыхание шевелило волосы вокруг оголенной шеи.

Опасный, жутко рискованный поступок со стороны берсерка. Он хищник, и он за спиной, хрупкая голая шея у него в руках. Добыча на волоске от того, чтобы сорваться с места и припустить в лес или же перекинуться и дать отпор, огрызнуться. Денис понимал, что идет по грани, но не мог иначе. Не знал как.

А она… Ида. И она не смотрит ему в глаза. У Дена нет в запасе времени. Достучаться, пробиться через скорлупу страха и отчуждения жизненно необходимо. Ему. И как можно быстрее.

— Прими от меня этот подарок, Ида. И не обижай, — губы обожгли ухо девушки, названной новым именем.

Она дрожала. Плетеный шнурок обвил шею и свесился под тяжестью кулона на грудь. Рука сама потянулась к подвеске. Небольшой металлический круг, по краю идет ободок красного оттенка из другого сплава. Посередине рельефное изображение морды медведя.

За такие подарки, навязанные в прямом смысле на шею, не благодарят. От таких подарков бегут что есть мочи. Но Ада-Ида этого не знала и сорваться с губ слову благодарности помешал лишь испытанный шок.

Денис нетерпеливо ждал реакции, все равно какой. В таком состоянии его устроит любая, даже негодование и крик. Но отклика не последовало, Ада продолжала молча сидеть, спрятавшись за волосами. Со спины Ден не видел, что ее пальцы обхватили медальон, не видел выражения лица. И это ужасно раздражало. Неожиданно для самого себя Денис осознал, что не только упрямство в нем чересчур развито. Он жадный, хочет всего и сразу. По отношению к Иде так точно. Надежда — очень иррациональное чувство.

Пытаясь успокоиться, расправил волосы девушки, наслаждаясь каждым мгновением, каждым сантиметром мягкого касания. Его тянуло к Иде неверотно сильно. С каждой минутой, проведенной рядом, все отчаяннее. Зверь требовал свое, и ему наплевать на условности.

Положение спас чуткий Велислав.

— А как ваши полные имена, лисички?

— Агнесса. — Лисичка пересела ближе к Аде, ей не терпелось поближе разглядеть подарок.

— Ханнеле.

Ханна недовольно взглянула на Славу, он выдернул ее из нерадостных мыслей. В отличие от наивной сестры и зажатой, отгородившейся от всего мира Ады, Ханна понимала значение подобного кулона. Во всяком случае, догадывалась. И поддерживала настрой Бориса, который еле сдерживал гнев.

Ханна не уверена, насколько строго следуют беры старинному обычаю и насколько она может себе позволить вмешиваться. Ведь эта традиция касалась только двоих, никого кроме. Ни отца, ни матери, ни главы клана. И тем более не подруг, пусть и желающих всего лишь помочь советом. Велислав же, по ее мнению, поверхностный пустобрех и шут, не умеющий промолчать, когда надо.

— Ты совсем с катушек съехал? — Борис встал и подошел к Денису. Взял за плечо и повел несопротивляющегося друга в сторону от костра.

К сожалению, их выяснение отношений никто из заинтересованных не услышал: никакой возможности пойти следом и подслушать. Огромное упущение, ведь разговор берсерков получился занятным.