Трофеи берсерков полностью

— Дениска! Наконец-то ты пришел, я так соскучилась! — Тонкие руки с силой обняли потрепанного и пыльного с дороги берсерка. Тот рассмеялся. — Ну почему ты так редко появляешься, а?!

— Дина, не трожь бяку. Запачкаешь о него светлое платье, — со смехом в голосе подколол один из незнакомцев, среднего роста, с черной короткой бородой и густыми бровями вразлет. Этот берсерк обладал мощью, заставляющей всех вокруг безоговорочно признать в нем сильнейшего.

— Денька, — простонала девушка, — спаси меня от него! Это же невыносимо! До сих пор обращается со мной, как с младенцем. В следующий раз я сбегу с тобой, — последнюю фразу прошептала заговорщицки на ухо. И, не обращая ни на кого больше внимания, продолжала обнимать Дениса.

— Кто тебя отпустит, мелкая, — прошептал ей в макушку Денис.

Девушка выглядела волшебно, как сказочная принцесса. Длинные черные локоны струятся вдоль узкой спины, бледная кожа, розовые губки и большие, глядящие на мир с любопытством и восторгом карие глаза. Дина походила на нежный вихрь тех самых лепестков цветущей вишни — мягкая и прекрасная. Хрупкая и слабая.

Незнакомцы поприветствовали Бориса и Велислава. Бородатый бер, советовавший «бросить бяку», подвинув Дину, сам заключил Дениса в крепкие объятия, не побрезговав прикасаться к сомнительной чистоты рубашке последнего.

— Давно не виделись, брат. Исхудал весь.

— Ага, а ты бородатый стал. — Денис обнимал в ответ так же крепко и в глазах светилась радость.

Ада подмечала все подробности. Следила за красавицей Диной, за Денисом, за их полными искренней нежности и взаимопонимания переглядываниями. Ей стало больно.

Незнакомые беры скользнули пристальными взглядами по трофеям, скупо сказали:

— Добро пожаловать! — и попросили следовать дальше в замок. Их прибытия определенно ждали, но излишней суеты вокруг пятерки не создавали. Ну да, встретить и сопроводить, защитить в пути к Йонви также посчитали лишним.

Вслед за болью в Аде родилась непонятная обида и злость. И прежде всего, как ни странно, на Дениса. Тот шел, держа черноволосую Дину за руку. Он прибыл домой, ему искренне рады, он здесь свой. И он не с ней, не с Адой, которая везде и всем чужая.

Ада поняла, что переменилось, уловила то, чего ей не хватало на протяжении всего последнего дня, — взгляда Дениса. Он не смотрел на нее, сделал так, как вроде бы она сама и хотела. Отстранился, не дотрагивался, не шел рядом и ни разу не взглянул. У него дом, семья, любимые. Любимая…

Зачем он все это начинал? Зачем нужна была Ада? Замкнутая, не доверяющая почти что никому серая мышка? Ведь, какой бы независимой и холодной она ни казалась, как бы ни отталкивала и ни отгораживалсь, он сумел пробраться не только в Адину голову, захватив все мысли, но и в душу. О рыси и говорить нечего, та впадала в блаженство от каждого мимолетного прикосновения руки Дена.

Девушка по имени Дина, что ждала бера дома, настоящая красавица, нежная и не скрывающая ни капли своих чувств. Она олицетворяет все то, что никогда не могла себе позволить Ада. Она такая, какой нельзя быть в Адином мире, если хочешь выжить. Дина неприкрыто слаба, она кричаще красива. И может себе все это позволить, благодаря сильным и любящим мужчинам рядом. Таким как Денис.

Медальон с гравировкой медведя разумнее всего отдать. Причем это следует сделать как можно быстрее и незаметнее. И лучше отдавать не самому Дену, а Борису. Даже Велислав сгодится. А можно попросить Ханну передать кулон Борису, так Ада обезопасит себя вдвойне, мало ли.

Подобные мысли вызывали отторжение и самую настоящую ярость, рысь готова бросится в драку. Первой напасть, рвать и кусать. Нельзя возвращать медальон! Она не хочет! Он ее. Принадлежит Аде со всеми своими загадками, сложностями и заморочками. Она сейчас о медальоне думает, а не о его дарителе, так ведь?

Шли по аккуратной аллее во внутреннем дворе замка. Беры негромко переговаривались между собой, девушек ни о чем не расспрашивали и ни с кем не знакомили. Только предложили отдохнуть с дороги да сообщили, что прием состоится позднее вечером, как и ужин.

Ада пропускала окружающие разговоры мимо ушей. Со злой иронией корила свою наивность, вспоминала порывы подойти и попробовать поговорить с берсерком, спросить, объяснить самой. Сказать, вернее, выпалить, набрав полные легкие воздуха, что, действуй он в той пещере медленней, без ярости и агрессии, скажи хоть слово о своих чувствах, если они, конечно, были, то Ада не испугалась бы и скорее всего не оттолкнула бы его. Она боялась тогда не Дениса и даже уже не своей тяги к нему, ею руководил опыт всей предыдущей жизни. Страхи и тени, что до сих пор не хотели отпускать.

Но берсерка, как видно, есть кому утешить.

— Ну что, встретила братика?

Вопрос, заданный мягким, вкрадчивым тоном, вырвал Аду из раздумий и заставил резко остановиться посреди дороги, так что идущая следом Нелет врезалась ей в спину.

— Мам, он ничего не рассказывает, как всегда. Отмалчивается и отшучивается, — отвечала Дина.

— И что нам с ним делать? — Скорее причитание нежели вопрос.