Трон сломленных богов полностью

– Уже нашла нового парня, Дианна?

Он щелкнул языком, и мой кулак снова угодил в его челюсть.

– Я не ее парень и не замена Самкиэлю.

Возможно, я ударила Элайджу слишком сильно, когда услышала имя Самкиэля.

– Элайджа, хватит тянуть время. – Я подняла его, усадила обратно в кресло и похлопала по лацканам пиджака. – Просто скажи мне, где Каден.

– Разве ты не можешь съесть меня и посмотреть? Ой, погоди, ты ведь и правда не можешь.

Он рассмеялся, и я ударила его кулаком в живот, заставив закашляться. Я зарычала – моя голова все еще пульсировала от воспоминаний о мигрени после крови Сантьяго. Оборотней я нашла очень быстро, но Элайджа напоминал пронырливого маленького жука, который все время исчезал из виду. Судя по всему, заклинание, наложенное Камиллой на воду, прекратило свое действие раньше, чем я смогла его найти.

– Ты нравился мне больше, когда дрожал от страха.

Он сплюнул в сторону.

– Да, но потом я вспомнил, что ты не убьешь меня, пока не получишь нужную информацию, так что теперь я чувствую себя немного спокойнее.

Солнечный свет проходил сквозь дыры в металлической крыше заброшенной старой фабрики. Я провела рукой по волосам – кровь запачкала пряди и испортила работу Норы. Я разочарованно посмотрела на Реджи.

– Видишь? – Я указала на Элайджу. – Какой в этом смысл? Я терпеть не могу пытки. Было бы гораздо приятнее избить его до полусмерти и двинуться дальше.

– Он не сможет говорить, если умрет. Терпение.

– Терпение? У меня нет терпения. – Я повернулась к Элайдже, который молча смотрел на меня. – Просто скажи мне, где он.

Он пожал плечами, и рана на его губе увеличилась.

– Нет.

– Отлично.

Я шагнула вперед, схватила его за шею и резко повернула. Его тело обмякло, глаза остекленели.

– Твой характер не становится лучше.

Я проворчала, провела руками по волосам и закрыла глаза, делая глубокие, размеренные вдохи. Реджи был прав. Я была раздражительнее, чем обычно, потому что теряла время. Я ничуть не приблизилась к Кадену. Он так и не появился, а у меня заканчивались люди, которых можно было убить. Мне нужен Тобиас. Если я найду Тобиаса, то найду и его.

– Похоже, что убийство Элайджи и остальных не принесло тебе радости.

– Ничто не приносит мне радости, Реджи.

Я опустила окровавленные руки и вздохнула.

– Самкиэль вернулся после посещения Совета вместе с леди Имоджин.

Я пнула стул, на котором лежало безжизненное тело Элайджи, и скрестила руки на груди.

– Мило. Кажется, они снова неразлучны.

– Ты любил ее?

– Я не любил ее, и она никогда не была для меня той, кем ты ее назвала.

Лжец.

– Ревность – тоже сильная эмоция. И она о многом говорит.

Из меня вырвалось тихое рычание, и я взглянула на Реджи.

– Я просто делаю то, что ты просила. Ты сказала мне смотреть в оба глаза. Я смотрю всеми шестью. Если тебе интересно, я знаю текущее местонахождение Руки Раширима.

Я опустила глаза.

– Нет. Они мне не нужны.

Прошло несколько дней с тех пор, как я вернулась из Раширима. Мы с Реджи видели, как Небожители уходили той ночью – серебряный луч света разрезал небо, а рядом с ним тянулась такая же синяя линия. Они были вместе.

– Надеюсь, у тебя есть план. Ты доведешь бога до отчаяния, и все закончится не так, как ты хочешь.

Я закатила глаза чуть сильнее обычного.

– Уверена, что Имоджин всеми силами помогает ему справиться с отчаянием.

Я почувствовала на себе взгляд Реджи.

– Если ты думаешь, что возвращение леди Имоджин заставит Самкиэля от тебя отказаться, ты глубоко ошибаешься. Ради тебя он вызвал клинок Забвения.

Я боролась с инстинктивной дрожью – перед глазами вновь появился лес, ноги свела острая, жгучая боль, в нос ударило зловоние зияющей ямы. Ирвикува потащили меня туда, желая вернуть к Кадену. Самкиэль рухнул на землю, облаченный в свои серебряные доспехи, – прославленный король явился, чтобы спасти меня. Грудь сжалась от боли, и я изо всех сил пыталась ее подавить.

– Откуда ты об этом узнал?

– Я вижу все, – сказал Реджи.

– Извращенец.

Он ничего не сказал, пока я вытирала руку о черные кожаные брюки.

– Развлеки меня, Реджи. Расскажи, как ты оказался запертым в том месте?

– Существовало пророчество о возрождении истинного космоса. О ребенке, рожденном от Небожителя и бога. Ему было предначертано править миром. Спасти мир.

– И это пророчество совершенно не касается некоего Губителя Мира, не так ли?

– Ты мыслишь верно.

– У нас достаточно времени, так что расскажи мне. – Я скрестила руки и кивнула. – Что произошло дальше?

– Младенец, который должен был править вместе с ним, был похищен и уничтожен.

Я пожала плечами.

– Самкиэль говорил, что у него нет аматы и что Вселенная была к нему жестока. Видимо, он не лгал.

– Вселенная действительно бывает жестокой.

Реджи склонил голову набок. В этом движении было нечто неожиданно смертное.

– Ты не согласна? После всего, что ты видела и потеряла.

Я проигнорировала его вопрос.

– И как это связано с тем, что тебя заперли?