Волосы на моем затылке встали дыбом – его слова забрались мне под кожу. Часть меня хотела ему ответить. Только ответом был гнев, а не суровая правда, которую я боялась признать.
Замки на двери задребезжали.
– Реджи, я пришла сюда отдохнуть, а ты все портишь.
Я ущипнула себя за переносицу и поморщилась.
Реджи продолжал:
– Ты меня не слышишь. Считалось, что, если Самкиэль не сможет найти свою пару, свою родственную душу, он женится. В королевствах всегда должно быть два правителя. Два лидера. Два монарха. Именно так было заведено в то время.
– Отлично, желаю им всего наилучшего. Я надеюсь, что у них будет грандиозная свадьба с дурацкими певчими птицами, а также замок и дети, которые смогут править еще много-много лет после них. – Я взмахнула рукой, забрызгав пол водой. – Видишь? Мне совершенно плевать. Мы можем поговорить о чем-нибудь другом?
Если бы Реджи мог вздохнуть, клянусь, он бы это сделал.
Однако его слова снова попали в цель. Родственные души. Я ненавидела эту фразу. Очередной осколок их мира, просочившийся в наш. Идеальная пара, причина существования Метки Дисин. Найти свою родственную душу – большое везение. Большинству это не удавалось, а те немногие, кому повезло, при каждом удобном случае выставляли напоказ метки на своих пальцах. Я всегда думала, что моя родственная душа погибла в результате какой-то ужасной случайности. В какой-то момент я думала, что это был Каден, но теперь от этой мысли меня тошнило.
Родственная душа не может причинить тебе боль, нет. Это все равно что разорвать собственную душу. Это была всеобъемлющая, чистая любовь к другому человеку. Габби мечтала найти родственную душу. Иногда я размышляла, был ли это Рик. Возможно. Он умер ради нее.
– Послушай, может, Каден и манипулятор, но он прав. О чем я думала? Мы такие разные. Я была глупа, полагая… – Я сделала паузу, что-то внутри меня проснулось.
– Если можно… – вмешался Реджи, но я его перебила:
– Это не имеет значения. Имоджин идеально ему подходит. Они оба за честность и справедливость. И созданы из чистого света. – Мои ногти постучали по краю ванны. – «Влиятельные люди, Дианна. Будь осторожна с влиятельными людьми».
– Да, но…
Я кивнула, хватая с пола бутылку вина и не позволяя ему закончить.
– Так сказала Габби, и она была права. Теперь она превратилась в пепел, а я застряла между двумя влиятельными мужчинами.
– Ты понимаешь, что любовь к Самкиэлю не убивала твою сестру?
Вода в ванне закипела, а бутылка вина ударилась о стену. Осколки стекла разлетелись по комнате. Стены затряслись – каждая свеча ожила, вспыхнув диким пламенем. Низкое, грозное рычание сорвалось с моих губ, когда я схватила края ванной так крепко, что она треснула под моими пальцами.
– Если ты когда-нибудь скажешь это еще раз, я разорву тебя на куски. – Мой голос стал низким и грубым, но Реджи лишь скрестил руки на груди. – А теперь уходи.
– Я был свидетелем того, как боги, созданные из света и тьмы, творили миры, содрогаясь от своей силы, а затем иссыхали от одиночества и горя. Что произойдет, когда у тебя больше не останется врагов, которых можно будет испепелить? Я не желаю тебе такой участи.
– Говорит Судьба, которая видит тысячу разных исходов, но ничего не делает? – выкрикнула я. – Если ты не желал мне такой участи, возможно, тебе следовало помочь мне, прежде чем Дрейк утащил мою сестру к этому проклятому монстру. Вместо этого ты бездействовал так же, как и все остальные. Чертовы грандиозные речи, когда кровь на полу уже успела высохнуть.
Я снова оступилась. Я это знала. Мерзкое и злобное существо, состоящее из чешуи, когтей и клыков. Созданное, чтобы защитить меня и мое израненное и разбитое сердце. Я ждала, что Реджи огрызнется и скажет мне, какая я мерзкая и подлая тварь, но он ничего не ответил.
Я судорожно вздохнула, из воды повалил пар.
– А вообще, почему тебя это волнует? Я та, кем вы меня считаете, – смерть и разрушение. Именно это ты сказал тогда, в своей уже несуществующей тюрьме.
– Те слова в этой ситуации уже не имеют значения. Ты – нечто, чего не должно существовать. Это не обязательно что-то значит…
Реджи напрягся и откинул голову назад. Щели над и под его глазами открылись, из шести глаз на мгновение вырвались белые лучи. Затем они закрылись, и его лицо снова стало человеческим.
– Что?
Реджи невинно улыбнулся.
– Ничего особенного.
Этот внезапный поворот событий пришелся очень кстати.
– Ладно, тогда уходи. Я закончила.
Я кивнула и отвернулась. Вода в ванне больше не пузырилась и не бурлила.
– Я хочу побыть одна.
Взгляд Реджи не дрогнул.
– Знаешь, как в прежние времена монархи встречались, чтобы попытаться установить мир перед войной?
– Ну, я не монарх.
Свечи замерцали, прежде чем полностью погаснуть.
– Я только хочу тебе помочь. Надеюсь, ты это знаешь.
Я прислонилась головой к прохладному краю ванны, закрыв глаза и вдумываясь в каждое сказанное слово.
– Судьба ты или нет, уходи, прежде чем я сожгу тебя заживо.
Воздух изменился, когда он вышел из комнаты.
И замок на двери в мое сердце задребезжал.
