– Сейчас – понимаю, что он был болен. Но тогда – считал его любителем каламбурить и никогда не говорил ему, что его шутки мне непонятны. А ещё он был очень эмоциональным. Его восхищало всё: от капли росы до солнца. И огорчало всё: от пыли на перилах до равнодушного взгляда женщины. Он мог целую ночь наизусть читать стихи, а через день мог не вспомнить ни строчки. Был вспыльчивым, а потом долго и нудно раскаивался. Многогранный человек.
– Может, два?
Адэр нахмурился:
– Что?
– Может, вы знали двух Норфалов? Может, у настоящего Норфала начинался приступ, и в общество выводили его двойника?
– Ты говоришь бред. Я знал его всю жизнь. Я бы заметил.
Глядя на стопку папок, Эйра кивнула:
– Простите. Я сказала ерунду… И всё же, я не понимаю, как можно говорить чётко, правильно и при этом неправильно?
Адэр немного помолчал, поглаживая пальцами подлокотники кресла. Хмыкнув, произнёс:
– Если я ношу герб с орлом – это не значит, что я сын Великого, а не мужчина.
Эйра не выдержала, посмотрела на Адэра:
– Что вы будете делать, если среди ваших далёких родственников обнаружится кто-то из рода Дисанов?
В благородно-строгом лице ни один мускул не дрогнул.
– Ты уйдёшь от меня?
– Что вы будете делать?
– Поеду к отцу. Эту новость он должен узнать от меня. Сообщим остальным истанем собирать чемоданы.
– А если ваша кровь чистая. Что вы будете делать?
Адэр пожал плечами:
– Не хочу думать.
– И всё же?
Адэр подошёл к окну. Устремив взгляд в небо, запустил пятерню в волосы:
– Наследный принц Толан скоро женится. И похоже, они с Леессой влюблены друг в друга... Король Толан IV тайком от Тезара оказывал нам гуманитарную помощь. Высоконравственный человек, ни любовниц, ни бастардов... Помнишь Дамира? Онприезжал на ювелирный аукцион. Рыжеволосый, лицо в веснушках.
– Помню, – проговорила Эйра, понимая, к чему ведёт Адэр.
– Он посол Тезара в Партикураме. У него жена и малютка-дочка. Пишет, чтобезмерно счастлив. Остальных ты не знаешь… Королева Маншера – законодательница мод. Король Хатали – лучший друг Мави Безбура… Меня возненавидят… Лучше быть больным, как люди, с которыми я близко знаком, иуйти с ними, чем сломить их, а самому остаться. Не хочу сейчас думать.
Эйра приблизилась к Адэру, обняла его сзади за талию, прильнула щекой к егоспине:
– Мы всё переживём.
Он сжал её запястья:
– Переживём.
Корабль пришёл из Ракшады по расписанию: на двенадцатый день нового года покалендарю Лунной Тверди. Эйра уже знала, что никто из кровных родственников Адэра не связан с роднёй Лекьюра, но хотела убедиться лишний раз, поэтому молчала. С деловым видом чертила новые таблицы, переносила в них данные из предыдущих таблиц и ждала.
Наконец Талаш передал через Муна письмо от Иштара. Эйра всю ночь просиделана краешке кровати, держа конверт в руках, как когда-то держала бутылочку с ядом. Страшно было вытащить лист. Перед внутренним взором стояло лицо, полное самодовольства и злорадства. В ушах звучал низкий шипящий голос: «Адэр попался. Конец династии Карро».
На рассвете открыла рамы, вдохнула воздух, пропитанный запахами ранней весны. Вскрыла конверт. Размашистый почерк. Вязь справа налево. «Хочешь раздуть скандал? Не возражаю. Я и сам хотел это сделать, но ждал, когда вылупится птенец Адэра и Луанны, чтобы хоть как-то задеть Великого. Похоже, птенец не получился. Жалею, что не увижу этого веселья. Будут знать, что такое кровная месть хазира Ракшады. Больше никто не назовёт мою сестру и шабиру безродной плебейкой. Истории болезней не высылаю, слишком ценный материал. Ещё уничтожишь по доброте душевной. Если кто-то засомневается в твоих словах, отправляй ко мне. Я представлю доказательства и освобожу от лишних трудов: дамсписок всех носителей болезни. Сама не пытайся вычислить, не трать время. Скажу только: один в Совете Адэра. Приеду, когда скандал будет в самом разгаре. Верну тебе земли морун и всё, что от них оторвали».
Утром Эйра сообщила Адэру, что результаты её исследования достоверны на стопроцентов: кровь династии Карро чиста. Ему бы радоваться, Грасс-дэ-мору иТезару ничего не грозит, а он потемнел, помрачнел. Попросил Эйру вернуться в покои на его этаже. Она отказалась. Ей необходимо побыть одной и подумать, как помочь ему пережить месяцы отчуждённости и ненависти людей, рядом с которымион провёл всю свою сознательную жизнь
Часть мыслей перетянул на себя Иштар. Он знает, как морунам важны их земли, его злит непочтение к шабире. Когда-то он преследовал свои интересы, шантажируя Лекьюра. Теперь человек, который считал женщину станком для размножения, поставил интересы женщины на высшую ступень. Какие подобрать слова, чтобы не задеть Иштара, не унизить, а просто объяснить… Что объяснить? Иштара взрастил другой мир. Чтобы понять этот мир, в нём надо родиться. Чтобы тебя понял человек из этого мира, надо мыслить, как он.
Адэр не давал о себе знать несколько дней, и казалось, забыл о существованииЭйры. А потом Гюст принёс записку: «Уезжаю к Толану на церемонию бракосочетания. Жди звонка».
