Луга принёс Эйре несколько газет. Корреспонденты, не жалея эпитетов и образных выражений, рассказывали о торжествах, проводимых в Росьяре. На первых полосах снимки: переполненные улицы, цветы, флаги, бесконечная вереницаавтомобилей, всадники, Благодатный собор конфессии
Фотографии церемониального зала были сделаны с разных ракурсов и в совокупности передавали величие культового места Росьяра. Мраморная рощаколонн поддерживает потолок ветвями. На стенах рельефные панно в виде листьев и паутины. В нишах скульптурные ансамбли. На балконах члены королевских семей. В центре внимания Толан IV с супругой и Моган Великий. Одень их иначе исфотографируй в другой обстановке – и всё равно не удастся скрыть высочайшее происхождение: оно как нестираемый отпечаток на лицах.
Глядя на Могана, можно представить, каким будет Адэр через тридцать лет. Интересно, он тоже отпустит бороду? Зная о его нелюбви к щетине и нежеланиипоходить на отца – вряд ли.
В центре зала, на возвышении – круг из шандалов с горящими свечами. Перед Святейшим отцом принцесса Леесса в кружевной пене и принц Толан в чёрномкостюме военного покроя со знаками отличия наследника престола: лента через плечо, нагрудные нашивки, погоны с государственной символикой. Адэр держит над головой жениха корону в виде шапки – венец Мужа. Молодая дама держит над невестой тиару, украшенную драгоценными камнями – венец Жены.
Рассматривая газетные снимки, Эйра мысленно наполняла их красками: вокруг свечей золотистый ореол; лицо невесты, порозовевшее от смущения и волнения; тиара над её головой переливается всеми цветами радуги и искрится от счастья. Галисия мечтала о такой свадьбе.
В очерках говорилось, что церемония длилась два часа, на ней присутствовалипять тысяч человек. На дальнейшие торжественные и развлекательные мероприятия приглашены двадцать тысяч. Приводился список мероприятий: откоролевского бала до оперы. По идее, Адэр вернётся не скоро.
Эйра проводила дни в своём кабинете. В ожидании телефонного звонка изучалародословные книги советников Адэра или смотрела в окно. Если бы она смоглачётко увидеть разнообразие красок – проснулись бы дремлющие оттенки её чувств. Это произойдёт после близости с любящим и любимым человеком, а значит, никогда. Приходилось слегка дорисовывать великолепие весны: небо в чисто-голубом, земля в нежно-зелёном. Точка.
За дверями послышались шаги. Наверное, Мун или охранители. Больше ходить некому: советники и придворные на свадьбе, у чиновников выходной.
В комнату заглянул маркиз Безбур; одна нога на пороге, вторая в приёмной:
– Почему не отвечаешь на звонки?
Эйра приложила трубку к уху. Тишина. Чёрт… Кто-то отсоединил провод, а она не заметила.
– Звонил Адэр. Велел передать, что послезавтра утром он ждёт тебя в Кесадане.
Почему Кесадан? До ночи Желаний полгода. Оливковую рощу смыло волной. Возле моря ещё холодно. Хочет сравнить местный храм
– Я не знала, что вы в замке, – произнесла Эйра и торопливо спрятала в стол пухлую книгу и бутылочку из тёмного стекла. – Почему не поехали на свадьбу?
Маркиз улыбнулся:
– Латаю дыры в бюджете. Посижу с тобой минутку. – Втиснувшись в креслице, окинул кабинет взглядом. – Где портрет Адэра?
– Что?
– Я пошутил, – рассмеялся Безбур. – Моя жена настолько боготворит его, что везде развесила портреты. Даже в спальне. Открываешь глаза, а перед тобой ЕгоВеличество собственной персоной. Просыпаешься мгновенно.
Всматриваясь в гладкое лицо без единой морщинки, Эйра спросила:
– Маркиз Безбур… вы случайно с Лекьюром Дисаном не родственники?
Мави прищурился:
– Я похож на Лекьюра?
– Не знаю. Я не видела его вживую.
– Тогда откуда такие мысли?
С потолка. Столько времени уходит на родословные, когда можно просто спросить человека. Уж кто-кто, а маркизы, князи и герцоги изучают своё генеалогическое древо с детства и передают друг другу знания об удалённых отпрысках и побегах, чтобы потомки смогли избежать кровосмешения. Но захотят ли они говорить правду? Особенно плебейке.
– Вы по национальности тикур... Глупо связывать всех тикуров с королёмПартикурама. Ляпнула, не подумав. Простите.
– Дело давнее, на мою репутацию не повлияет. – Безбур слегка наклонился вперёд и произнёс заговорщицким тоном: – Моя бабка на старости лет немного умомтронулась. Несла всякую чушь. Говорила, что в нашем роду кто-то был бастардомкороля Сейхара Дисана. Только враки всё это.
Вдруг заколотилось сердце: не враки, не враки…
– В нашем роду все женщины порядочные. Моим дочерям за двадцать, а онихранят чистоту. Совсем как ты. В наше время это редкость.
Сейхар Дисан… Гипотетически болезнь началась с него. Эйра подозревала, чтокруг носителей заболевания намного шире, чем удалось выяснить. И вот – один «потерявшийся» потомок бастарда сидит перед ней.
