От костюмера Эйра направилась в архив. Ей самой необходимо изучить дворцовый этикет. Адэр растерян, может забыть какие-то нюансы, а может просто не знать предписания для незнатных гостей. Незнатных гостей во дворец не пускают. Значит, надо ознакомиться с нормами поведения, предусмотренными для служанок.
Сидя за столом напротив Кебади и листая страницы, Эйра ловила на себе сочувственные взгляды. Её коробило и выворачивало от унизительных правил иэтих взглядов. Служанка имеет право жить как человек, а не пресмыкаться. А ей, моруне, предназначено летать, а не ползать. Но мысленно вызывала образ Адэра ипродолжала штудировать книгу.
Перед самым отъездом выяснилось, что нельзя с собой взять Лугу и Мебо. О Талаше даже не заходила речь. Зато порадовала новость: её повезёт Зульц напозаимствованном у кого-то автомобиле. Машинам ракшадских автопроизводителей запрещено ездить по дорогам Тезара.
Закинув чемоданчик Эйры в багажник, Зульц услужливо открыл перед ней дверцу. Она окинула взглядом длинную вереницу машин, выстроившихся на площади, посмотрела на автомобиль правителя. Не дожидаясь, когда Адэр выйдет из замка, забралась в салон, прижала подрагивающие кулаки к губам и прошептала: «Дай сил пройти этот отрезок пути достойно».
***
Тезар – не другая страна и даже не другая планета. Тезар – иная вселенная.
Расширив глаза, Эйра с жадным любопытством смотрела по сторонам, впитывая незнакомый мир, который подарил ей любимого мужчину и который скороего заберёт. За окном проносились многолюдные яркие улицы, опутанные проводами. Развилки дорог походили на переплетение нитей. Мосты были словносшиты из металлических кружев. Крыши зданий подпирали тяжёлое небо. И сплошной поток автомобилей, конных экипажей, двухэтажных автобусов. Эйрапрежде видела трамвай только на фотографиях в газете. Теперь разглядывалавблизи кроваво-красные или ядовито-жёлтые вагончики и слушала размеренный стук колёс, как песню.
На подъезде к Градмиру трасса какое-то время пролегала вдоль железнодорожной насыпи. Кортеж, шурша шинами по густо-серому асфальту, догнал пассажирский подвижной состав. Машинист снизил скорость, раздался длинный, пронзительный свисток поезда, из окон высунулись пассажиры. Замахали руками, платочками, шляпами, закричали. Водитель Адэра ответил долгим гудком.
Когда показалась столица, эскорт охраны включил маячки и рванул вперёд.
Заслышав переливчатую сирену, люди выскакивали из домов, магазинов, ресторанов. Толкаясь, бежали по тротуару за кортежем. Стражи, готовясь к приезду наследника престола, заблаговременно заняли места вдоль бордюров и теперь, раскинув руки, не позволяли толпе хлынуть на дорогу. Со всех сторон летело: «Адэр! Адэр!» Машины, стоя на перекрёстках, сигналили. Трамваи приветствовализвоночками. Ни в одном городе Грасс-дэ-мора Адэра не встречали так, как народине. В Грасс-дэ-море – он сын захватчика, временный правитель, здесь – онзаконный, родной, свой.
Эйра невольно отшатнулась: в окно врезался букетик цветов. Дама промахнулась, цветы явно предназначались виновнику предстоящего торжества. Эйра направилавзгляд вперёд. Солнце, отражаясь в заднем стекле правительственногоавтомобиля, не позволило увидеть Адэра. Наверное, крутит головой и улыбается. Она бы точно улыбалась.
В Росьяре Эйра сказала ему: «Я поняла, как вам было тяжело, когда вы приехали в Порубежье. Вам поклонялись, как Богу, а вы вдруг очутились в аду». Нет, тогда онане понимала. С наивным простодушием сочла Росьяр и Тезар равными позначимости, наблюдая, какой приём оказали Адэру на балу, устроенном принцемТоланом. Только здесь, в Градмире, Эйра осознала в полной мере, как суровообошёлся Моган с сыном. Вышвырнул его, как щенка, из тёплого лонабоготворящей отчизны в нищий, убогий, озлобленный мир.
Адэр выстоял. И сейчас выстоит, когда лоно страны-мачехи отпустит его насвободу.
Кортеж покатил по центру столицы. За окнами автомобилей потянулись особняки изамки, разделённые парками, фонтанами и площадями. Простого люда сталозаметно меньше. Прохожие, в основном солидные мужи и благородные дамы, кланялись и делали реверансы. Всадники – конная стража – отдавали честь. Лошади, встряхивая гривами, гарцевали.
На втором или третьем перекрёстке Зульц свернул, вереница автомобилей поехаладальше по широкой улице, мощённой гранитными булыжниками.
– Для тебя сняли номер в пансионате, – объяснил Зульц. – Адрес прислал человек, который занимается расселением гостей. Не знаю, что это за пансионат. Сейчас посмотрим. Ты не расстраивайся. В пансионатах содержат жильцов на полномдовольствии. Так что иди в столовую, ешь, не стесняйся, за всё уплачено.
Эйра проводила взглядом машины с прислугой, следующие за кортежем. Служанкибудут жить там, где господа: в гостинице для титулованных дворян. А она – чернь. Её место на задворках.
