Это был тронный зал, настолько большой, что Эйра на миг растерялась, испытав лёгкое головокружение от простора, наполненного золотистыми бликами. Прозвучал смех, эхо заметалось от стены к стене, от потолка к полу. Адэр… Онбеседовал с Троем, что-то разглядывая из окна.
Не оборачиваясь, Дадье махнул рукой. Обладает сверх острым слухом илирассчитал время? Жест предназначался Эйре, только ей он мог махнуть столь небрежно, по-хозяйски. Стараясь не стучать каблуками по паркету, она двинулась через зал. Зеркала передавали её отражение друг другу, и каждое отражение отличалось от предыдущего: иная постановка головы, иная походка. Приблизившись к мужчинам, наделённым властью, она уже не чувствовала себя прислугой.
Трой обернулся. Выгнул бровь, словно увидел Эйру впервые в жизни. Глядя в окно, Адэр застыл. Почувствовал её запах... Его рука, удерживающая раму, напряглась, побелела. Немного помедлив, посмотрел через плечо. В лице читалось понимание: сейчас произойдёт нечто ужасное, выходящее за рамки всех правил вместе взятых. За долю секунды сердце Эйры облилось кровью. Что она натворила?..
тот же миг дворецкий объявил Великого.
Эйра присела чуть ли не до пола. Потупив взор, затаила дыхание, ожидая, когдазатихнут тяжёлые шаги. Выпрямила спину и будто переместилась в будущее. Натроне, инкрустированном золотом и драгоценными камнями, восседал постаревший Адэр: в кремовом мундире, на погонах короны, наплечный шнур с золотыминаконечниками.
Как же они похожи: лицо, фигура, осанка. Только взгляды разные: у отца – суровый, у сына – встревоженный.
Трой поднялся на возвышение, занял место справа от трона, вытянулся как верный сторожевой пёс, только цепи не хватает. Великий жестом приказал подойти. Адэр иЭйра приблизились к помосту.
Стоя в шаге друг от друга, они не смели обменяться ни словом, ни жестом. Боковым зрением Эйра видела его руку. Пальцы выпрямлены, кисть слегкавывернута, словно Адэр ждал, когда её рука окажется в его ладони.
Великий долго молчал, рассматривая Эйру. Суровый взгляд сделался и вовсе мрачным.
– Я не верю слухам, не поддаюсь на провокации и ненавижу, когда меня шантажируют, – прозвучал голос, способный подчинить любого человека. – Однакосегодня я хочу поговорить о слухах. Говорят, моруны не лгут.
– Не лгут, – подтвердила Эйра. – Но мне приходилось обманывать.
– Кого ты обманула?
– Себя.
Облокотившись на резную ручку трона, Великий потёр пальцем висок:
– Говорят, моруны порабощают мужчин.
Трой, как и Моган, не сводил с Эйры взгляда. В нём сквозил неподдельный интерес, читалось предчувствие раскрытия тайны.
– Это слухи, – сказала она.
– Моруны хороши в постели?
– Молчи, – прошептал Адэр одними губами.
– Наверное, хороши, раз после них перестают существовать другие женщины, – предположил Дадье.
– Плотская любовь – низшая форма любви, – произнесла Эйра. – На ней не всё завязано.
Великий еле заметно покачал головой:
– Говорят, моруны умирают чуть ли не в один день со своими мужьями.
– Моруна живёт столько, сколько живёт её муж, – сказала Эйра и, подумав оматери, добавила: – Бывают редкие исключения. Очень редкие. Но, так или иначе, моруны уходят вслед за своими мужьями.
– Мужья уходят вслед за умершими жёнами?
– По-разному.
– От чего это зависит?
Эйра покосилась на руку Адэра: вот-вот затрясётся от напряжения. Посмотрела наТроя: весь в предвкушении. Перевела взгляд на Могана:
– Одинокое кресло. Одинокий мужчина. Говорят, незаменимых людей нет. Но вы-тознаете – есть. Любимого человека никто не заменит. Тяжело быть однолюбом?
Великий откинулся на спинку трона.
– Знаю, тяжело, – продолжила Эйра. – Тяжело жить с потухшим угольком в груди. Будто сам потух. Горел жарким огнём, и вдруг стало холодно и темно. Кто-тонаходит себя в темноте. Кто-то нет.
Солнце спряталось за облаками. Воздух в зале потемнел. Молчание затянулось. Трой наклонился к Могану, что-то сказал на ухо.
Вынырнув из раздумий, Великий кивнул и перешёл в наступление:
– Говорят, моруны могут убить взглядом.
– Неправда.
– А как же князь Тарий?
– Его убила совесть.
– На пальце моего сына появилось кольцо. Зная его нелюбовь к кольцам, перстнями подобным украшениям, я сделал вывод: у кольца есть пара. Второе кольцо у тебя?
– Молчи, – прошептал Адэр.
– Да, – ответила Эйра.
– Вы заключили тайный брак?
– Нет.
Моган принял величественную позу:
– На правах монарха Тезара я объявляю вашу помолвку недействительной. Адэр, сними кольцо. – Выдержал паузу. – Адэр! Не надо путать приказ короля с просьбой отца.
– То, что я сейчас делаю, ничего не значит, – сказал Адэр еле слышно, снял кольцои сжал в кулаке.
– Кольцо сердца, – промолвил Великий, взирая на Эйру. – Думаю, у тебя есть ещё одно кольцо. Кольцо памяти.
– Есть.
– Кому оно принадлежало?
– Маме, – ответила Эйра.
– Ты обладаешь красотой, присущей ветонам, – вновь заговорил Великий. – Но ты красивее их. Не такая холодная, как они. У тебя удивительный оттенок кожи, как у ориентов, но более мягкий, женственный. Смотрю на тебя и думаю: что в тебе отклимов? Может, у тебя высокий болевой порог? Или ты разговариваешь с травами?
