Начало тропы
Парень сидел на лугу и вдыхал свежий воздух, шевелящий молодые полевые цветы. Свежий воздух в жизни Брайана был большой редкостью. Реже, пожалуй, был только свежий хлеб. И не потому, что не было денег, чтобы его купить, - просто тратить время на выпечку было некому в его доме, а тот, что давали соседи, редко оказывался только что вынутым из печи. Брайан ничем не отличался от других деревенских умельцев: имел обычное непримечательное имя, молчаливого отца-кузнеца и внешность, доставшуюся ему от родителей. Разработанную профессией сильную фигуру, высокий рост от отца, темно-каштановые густые волосы на слегка квадратном лице. Почти сросшиеся густые брови и пронзительные светло-серые мамины глаза. Но одно все же было в парне не так - он просто задыхался от запахов кузни, в которой он познавал жизнь, проживал жизнь, учился жизни и просто жил. Брайан стремился в поле или лес, на простор, где много воздуха, света и настоящей жизни. Выпадала такая возможность очень редко, но при каждом удобном случае, несмотря на грозящий выговор от отца, он убегал.
Солнце уже садилось, а, значит, ему пора разворачиваться в сторону дома. И плевать, что желания этого делать не было совершенно. Жизнь поставила его еще при рождении в такие условия, что права выбора не оставалось. Хорошо еще, что не угораздило родиться сыном простого крестьянина или быть подкинутым блудной матерью в многодетную семью.
Мальчик рос в семье один, и, в общем-то, ни в чем не нуждался. На столе всегда была еда, а в кошельке монеты, если случалось выбраться в соседнюю крепость на ярмарку. Все было хорошо, пока не умерла мама. Уже давно в их доме не пахнет вкусным хлебом, и они с отцом вынуждены за все платить своей работой. Что тоже не плохо, но мамы все равно не хватает.
И, может, она жила бы до сих пор, если бы эти высокомерные друиды не отказывались лечить обычных людей. Они, к сожалению, были им совсем неинтересны. А только их волшебство могло поставить на ноги тяжело больную пожилую женщину.
Брайан в который раз посетовал на судьбу, горько вздохнув, что он не родился в семье воина. Тогда он сейчас имел бы все, и ему не приходилось бы каждое утро махать молотом, утирая со лба пот и смотреть на солнце, дожидаясь заката, когда, наконец, можно будет махнуть в лес.
Несмотря на нелюбовь к профессии, Брайан совсем недавно начал сбривать ножом бороду, а уже считался умелым кузнецом, многие думали даже, что он более талантлив, нежели отец. Наверное, потому, что он делал не только инструменты для работы, но и грубые украшения для деревенских женщин. Отец относился к этому увлечению, как к бездарно потраченному времени, но парню нравилось, когда девушки и их матери хвалили его за вкус и умение творить прекрасное. Хотя их внимания он никогда не добивался. Просто это были единственные изделия, которые он делал от души, вкладывая в них и тоску по воздуху, и по матери, и по местам, которые он никогда не видел и вряд ли увидит.
Он, наконец, поднялся и зашагал к дому. Отец наверняка уже поужинал, и, может, даже принес что-то и ему. Ведь, несмотря на то, что сын не такой, как мечтал отец, он все же его любил. По-своему.
