Старик уже смотрел на него как на местного дурачка, поэтому даже не попытался ответить. Обвел еще раз взглядом толпу и пошел к своей телеге.
- Стойте! Да, я желаю идти с вами! - Внезапно вырвалось у юноши, и он побежал следом, затем резко и испуганно остановился, но друид уже начал разворачиваться.
- Брайан! - Вскрикнул отец, но осекся под взглядом мага.
- Ты принял верное решение. Садись.
- Брайан... - Прочитал парень по едва шевелящимся губам отца.
- Отец, все будет хорошо. Я навещу тебя.
Правда, такой явной надежды на хороший исход Брайан не питал. Тем более он пока так и не понял, во что влез. Шальная мысль о том, что таким образом друид набирает телохранителей для себя, тут же исчезла, едва парень занял свое место в транспортном средстве. Действительно, какой из него воин, вся сила в нем сформировалась только благодаря умению ковать железо, да и о ней колдун не знает. Ведь никто не проводил никаких испытаний. Тем более набирай лечебник воинов, в деревне нашлось бы немало желающих вступить в ряды богато живущих и ничего не делающих. Именно так большинство представляло себе охрану друидов. Правда, Брайан в их число не входил. Он все надеялся найти в лесу приключения и славу. Хотя, по правде говоря, никогда еще друиды не объезжали деревни в поисках рекрутов - желающие сами обивали их пороги, чем и мечтал заняться Брайан, приехав в большую крепость на берегу моря. Последнюю западную крепость, стоящую на самом краю света. Так о ней говорили в деревне, где юноша родился и вырос.
На смену надеждам пришла запоздалая паника. Вспомнился ужас и неверие в глазах отца, и понимание, что, похоже, он впутался в неприятности. Попался, как маленькая жадная пчела в огромную лужу меда.
Оставалась призрачная надежда, что лечебник искал не подопытных для опробования своих новых зелий. Ведь если более сильные друиды использовали пассы руками и волшебные слова, то обычные лекари-маги прибегали к словам крайне редко. Гораздо чаще все их волшебство состояло из странных пузырьков, содержащих в себе микстуры практически от всех болезней. Вылечить все не могли даже друиды, ссылаясь на то, что Боги сами выбирают, кого им можно спасти, а кто им самим нужен в услужении. И тогда друиды порой помогали избранному уйти поскорее к Богам, совмещая желание жертвы с небольшой выгодой: ведь умерщвляя еще живого человека, они приносили жертву сидам.
Выспрашивать друида о своем будущем было так же глупо, как молить ветра дуть в другую сторону. Поэтому Брайан ехал и молчал. Рассматривал собственные грубые руки, судорожно сжимающие шероховатую ткань штанов, и молчал. Когда это ему наскучило, он начал разглядывать окружающий его пейзаж: незнакомые места, чужие поля и леса - и снова молчал.
Когда друид, наконец, остановил телегу, Брайан уже готов был от точащих его вопросов грызть пальцы. Сдерживало только то, что он так и не успел помыться после кузни, убежав сразу в лес.
- Собери хворост.
Брайан даже вздрогнул, услышав спустя целый день голос своего возчика. Зная, что комментариев от него никто не ждет, он молча пересек небольшую поляну, на которой они остановились, и отправился в лес. По пути набрел на пологий водопад, образующий у своего подножия мелкую лужицу воды, втекающую в ручей, и решил, что будет лучше сидя по колено в воде смыть с себя хоть половину грязи. Поспешно скинув с себя тряпки, Брайан залез в ледяную воду и вымылся. Процедура омовения заняла минимум времени, и парень даже не успел сильно замерзнуть.
Собрав на обратном пути хворост, он быстро сложил костер, поджег его и уступил место для обогрева друиду. Сомневаясь в своем праве занять место у костра, Брайан, даже не претендуя на часть ужина, улегся по другую сторону от огня и постарался заснуть. Кто знает, когда в следующий раз у него будет такая же безмятежная ночь для сна.
Друид что-то готовил в небольшой кастрюле, подвесив ее над костром, и Брайан даже сквозь дрему улавливал запахи мяса, мысленно уговаривая желудок не реагировать. Однако тот как всегда своевольничал, и все громче выдавал свое возмущение, наверняка, пытаясь привлечь внимание истязателя. Но парень знал, что дело это неблагодарное, видимо именно поэтому умудрился в положении лежа подпрыгнуть, когда друид вновь с ним заговорил:
- Поднимайся, я же вижу, что ты не спишь, я разделю с тобой пищу.
Брайан место свое хоть и знал, но был парнем не гордым, особенно когда растущий организм требовал крайне внимательного отношения. Поэтому быстро поднялся и принял грубо сколоченную чашу. Возможно, друид специально для таких деревенщин, как он, носил такую не обработанную посуду с собой. Ведь сам он ел из довольно приличной емкости. Конечно, свои соображения Брайан поспешил оставить при себе и принялся за поспешное уничтожение того, что ему выделили.
- И не страшно тебе было покидать деревню?
