"Крейда насквозь лжива, не верь ей, мальчик. Боги не отвечали ей, все это фарс, разыгрываемый для тех, кто ничего не смыслит. Для младших друидов и учеников. Я не собираюсь убивать себя, как и не собираюсь причинять вред кому-то из вас. Достаточно пролить в жертвенный котел немного крови. Единственная альтернатива этому - принести в жертву любого старого самца или самку, которая уже не сможет принести потомство. Убивать их можно без опасений, вот только здесь тоже дилемма. Боги не любят старые жертвы. Их души и так уже вскоре окажутся у них".
Пока Кьяртан потрошил их котомки в поисках котла, Брайан постарался вспомнить все, о чем с ним разговаривал теперь, видимо, наставник и передать остальным. Узнав, что он владеет стихией земли, Тревор отвернулся, прикрыв глаза руками. Всполошившийся было Брайан, вскоре отстал от него, поняв, что тот слишком долго ждал и почти не надеялся, не смотря на слова принцессы эльфов. А когда Брайан дошел в своем повествовании до ритуала, с помощью которого Кьяртан попытается узнать у богов, как вернуть ему силы, Тревор резко подорвался, желая помочь друиду всем, абсолютно всем, чем только сможет. Своей суматошностью и желанием угодить он настолько переполошил весь их маленький лагерь, что наставник молча потребовал Брайана утихомирить юношу, так и не ставшего бардом.
- Тревор, я не узнаю тебя, - радостно пытался успокоить друга Брайан. - Куда подевался размеренный и самоуверенный мужчина? Вместо него маленький мальчик, которому пообещали на завтрак кашу с медом и пирогом. Так ты испугаешь нашего наставника, и он убежит прежде, чем начнется наше обучение.
- Да, да, ты прав, - пытался взять себя в руки заполошный Тревор, но ему это долгое время не удавалось. Носящийся туда-обратно худой юноша был столь стремителен, что порой остро обжигал своими длинными волосами, когда хлестал ими по лицу всех, кто попадался ему на пути. Его черные глаза сверкали, как в лихорадке. Тревога и надежда так туго переплелись внутри него, что было невозможно скрывать бушующую внутри бурю. Любой бы не смог, какой бы сильной выдержкой не обладал, когда надежда, давно потерянная, стоит на самом пороге, согревая собой потухшую веру.
Костер был зажжен, по две стороны от него расположились пучки каких-то трав, которые набрал друид. Но костер среди бела дня горел пламенем непонятного ярко-синего цвета. Все застыли, наблюдая за покачиваниями Кьяртана. Ритуал жертвоприношения совсем не походил на тот, что видел Брайан в исполнении Крейды. Внезапно Кьяртан замычал, и до Брайана не сразу дошло, что он пытался издавать мелодичные звуки, видимо, необходимые для совершения обряда, но за неимением рта, использовал для пения нос. Уловив мотив, ему начал подпевать Гвин, затем присоединился Тревор. У ног последнего вдруг зацвела земля. Сотнями маленьких синих цветков. И это в конце осени! Зашуршал песок под ногами, поднимаясь завитками вокруг Тревора, ластясь к его ногам, словно кошка. Зашуршала листва, Брайан с восхищением увидел, как на зов друида приползли змеи, пауки, саламандры и другие не успевшие заснуть членистоногие и насекомые. Сплошным ковром они надвигались на Тревора, но тот ничего не замечал, зачарованно глядя на Кьяртана. Насекомые облепили его ноги, признавая за своего, делясь своей силой, передавая свои умения и знания. Брайан был уверен, что Тревор сейчас слышит их, как и Брайан слышит и чувствует теплокровных. Он чуть не упустил момент, когда Кьяртан, воспользовавшись поднятым с земли сучком, неаккуратно распорол себе руку, перевернул ее над котлом, продолжая напевать и качаться. Красная жидкость обильною струей потекла в емкость. Казалось, она скоро заполнит ее целиком. Брайану до смерти хотелось прервать друида, не дать ему умереть от потери крови, но вдруг все кончилось. Пение, покачивания, горящий костер, льющаяся кровь. Все разом прекратилось. Рана затянулась, костер погас, а друид обессиленно опустился на землю. Все же кровопотеря получилась нешуточной. Что и подтвердил мысленно друид: "Не думал я, что так сложно будет дозваться до богов, и так долго будет звучать их ответ. Обычно все происходит значительно быстрее, но видимо, это не тот случай. Чуть вся кровь не вытекла" Последнее было сказано с усмешкой. Видимо, это была несмешная друидовская шутка.
Тревор, вокруг которого разом исчезло все волшебство, уже стоял в нетерпении поблизости. "Столько всего я узнал, - медленно произнес в голове голос Кьяртана. - Упорядочить бы все для начала, но, думаю, парень из меня душу вытрясет, все равно сосредоточиться не даст".
