– А у тебя он есть?
– Нет. Но я найду! Ради такого дела… Ох, нам столько всего понадобится собрать, чтобы взять с собой! А ты точно не шутишь?! Хотя…
– Думаю, нам подойдёт любой компьютер со спутниковой антенной.
– Легко сказать… – задумалась бандитка, покусывая ногти от напряжения. – Всю электронику твои подружки вымели подчистую. Разве только…
Она вдруг округлила глаза и уставилась на зоолога:
– Ну конечно! Я знаю, где они всё оставили нетронутым! Побежали, скорее!
– Куда? Что это за место? – Верон засеменил следом, но всё же попытался остановить её или хотя бы замедлить.
Обернувшись к нему, Вилу восторженно и многозначительно произнесла:
– Барон Локетт. Синты не трогают его, потому что он делает кое-что для них.
– Я думал, у тебя с ним война…
– Нет, у нас война с Чёрной рукой и другими бандами. Но не с Бароном. Он немного в стороне от этого… и торгует со всеми бандами, а заодно и с синтами. Как говорит он сам, он соблюдает нейтралитет. А у него на производстве куча компьютеров, и с них совершенно точно можно связаться со спутником!
– Ох, не знаю, звучит так, что этому человеку слишком доверять не стоит… Что такое он производит, что нужно всем бандам в округе?
– Как что? Оружие!
Верон аж закашлялся от неожиданности, а через некоторое время, восстановив дыхание, возмущённо ответил:
– Чего?! Ты сама-то понимаешь, как ему выгодно, что вы убиваете друг друга? А ты говоришь, «он в стороне»… Да это он вас друг на друга и натравливает!
– Перестань! Он и до войны тем же занимался… делал турели и дроны для Секретаря. Что он должен был – на цветочки перейти? Плести корзины? Он делает своё дело. И делает его хорошо.
– Послушай, он – кот. А ты – мышь! Если он пока что играет с тобой, то не для того, чтобы сделать твою жизнь веселее и интереснее!
– Поверь, ты не знаешь, о чём говоришь!
– Да что тут знать-то, он враг! Он убьёт тебя, не раздумывая ни секунды, если ему предложат хорошую цену!
– Если бы не он… я бы сейчас вообще здесь не стояла. Это он помог нам, в самом начале, когда было сложнее всего. Без него Псов не было бы. Он научил нас, как выжить в новом мире. Вот и всё.
– Он продаёт оружие. Которое должно убивать людей. Его работа – это буквально твоя смерть. Иначе умрёт он сам, вот и всё.
Вилу схватилась за голову, пытаясь закрыть уши, и помотала ей. В конце концов, после всех пререканий, она сказала:
– Всё это уже не важно. Кроме Барона никто не поможет нам. А если нам с детьми удастся убраться отсюда – мы с ним уже никогда не встретимся. Поэтому нам осталось всего раз попросить его о помощи.
Поразмыслив немного над её словами, Верон нехотя кивнул и согласился на этот план.
– А что будешь делать ты? – спросила Вилу, когда они направились обратно в сторону порта.
– Думаю, на этом моя миссия будет завершена.
– И что? Ты просто вернёшься домой?
Некоторое время помолчав, он ответил:
– Да нет у меня никакого дома.
Вскоре перед ними показалась городская стена. Исполинская застройка, заслонявшая небо и создававшая мрак, закончилась, всё впереди было залито солнцем. Пройдя сквозь ворота, двое направились вверх по разбитой дороге, на холм, за которым, в низине, на побережье располагался грузовой порт. Конечно, они не могли заметить, как с одного из верхних этажей полуразрушенного, но всё ещё попиравшего вершину неба здания за их фигурами внимательно наблюдала пара глаз через жёлтые стёкла инфоочков.
Глава 10
Спустившись по железной лестнице в подвальное помещение, Вилу жестом позвала Верона за собой, но показала, чтобы он соблюдал тишину. Её шаги стали лёгкими и бесшумными. Зоолог двинулся за ней, стараясь внимательно смотреть под ноги. Они спустились ещё на несколько пролётов внутри узких тёмных коридоров технических уровней порта, стены которых покрывали бесчисленные кабели разной толщины, а на их более-менее открытых пространствах перекрещивались траволаторы, в прошлом использовавшиеся роботами-рабочими, множественные стойки которых были видны в помещениях по обе стороны прохода.
Пройдя мимо двоих охранников, перешёптывавшихся чуть в стороне и поприветствовавших начальство взмахом ладони, Отрава совсем осторожно подошла к очередной непримечательной двери и вновь, повернувшись к зоологу, приложила палец к губам и чуть заметно улыбнулась. Она аккуратно приоткрыла тяжёлую железную дверь, отворившуюся без малейшего скрипа, и Верон увидел внутри тесно стоявшие поржавевшие койки, заправленные неизвестно где отысканными белоснежными простынями, на которых, очевидно, спали дети.
– Тихий час, – довольно объяснила она, затем, неясно пробормотав, спросила что-то у охраны, получила такой же неразборчивый ответ и удовлетворённо кивнула.
– Сколько их тут? – шёпотом спросил Верон.
– Вместе с твоими – тридцать восемь, – ответила она, а через мгновение распахнула дверь и ворвалась в помещение с криком: