Вокруг никого видно не было, поэтому Верону всё же удалось уговорить ребёнка направиться внутрь, напомнив ему, что там его ждут другие дети, и с ними наверняка можно будет вместе поиграть. Так они и оказались перед величественным главным входом в центральный корпус.
Он состоял из двух высоченных – метров пять, не меньше, – стеклянных дверей, которые, впрочем, открывались с неожиданной лёгкостью, а затем плавно доводились обратно. На противоположном конце сводчатого коридора с потолками той же исполинской высоты было светло, и оттуда доносились звуки разговора. Было решено двинуться на голос. И когда вся партия вошла наконец в главный зал – их взорам предстала весьма скудная картина: мебели в помещении почти не было, зато в воздухе обильно летал древесный пух, свободно проникавший внутрь в отсутствие крыши, собираясь в кучки на наливном полу, и только в дальнем углу, под сохранившимся краем купола, располагался старинный чёрный рояль. Неподалёку от него стояла узкая кушетка, на которой лежала женщина. Подле неё стоял деревянный стульчик, на нём сидела девочка лет десяти и читала вслух старую бумажную книгу:
– …И действительно, он пробежал один только несколько шагов. Тронулся один, другой солдат, и весь батальон с криком «Ура!» побежал вперёд и обогнал его. Унтер-офицер батальона, подбежав, взял колебавшееся от тяжести в руках князя Андрея знамя, но тотчас же был убит. Князь Андрей опять схватил знамя и, волоча его за древко, бежал с батальоном.
Заметив вошедших, женщина жестом прервала девочку и сказала ей:
– Тая, солнышко, мы продолжим позже. Кажется, у нас гости.
Девочка обернулась без интереса, но как только увидела на пороге незнакомцев с ребёнком и роботом – тут же оживилась, вскочила и стала суетиться с уборкой их скромного гарнитура, явно ожидая указаний.
– Мадам Эвелина? – обратился Верон к женщине, не без труда поднявшейся с кушетки.
– Да, мои хорошие, я прошу прощения, зрение уже начинает меня подводить…
– Думаю, вы никого из нас не знаете. Меня зовут Верон, это – Айзек, робот Бен и Ракеш.
– С огромным удовольствием приветствую вас в Фейри Хилл, – ответила дама, полностью сосредоточенная на поправлении собственного передника. Подобный был надет и на девочке, поверх красивого белого в мелкий цветочек платья. – Что привело вас в нашу обитель?
– Да вот… – замялся зоолог. – В общем, обстоятельства.
Закончив оправляться и сложив ладони, Эвелина чуть наклонила голову в наполненной домашним теплом и заботой улыбке, а затем сказала:
– Тая, лапа моя, давай предложим нашим гостям выпить чаю на террасе в саду! Вы, должно быть, уставшие с дороги?
– Не то слово, – подтвердил Верон. – Но мы не хотели бы излишне вам докучать…
– Прекратите немедленно! – возмутилась дама. – Для любой хозяйки нет ничего лучше в такой чудный вечер, как принять вежливых и приятных гостей, и это всё, что вам нужно знать. Об остальном не извольте беспокоиться.
Верон благодарно подчинился ей, и вся делегация незамедлительно направилась в сад. Наверное, лучшего завершения их долгого, изнуряющего путешествия нельзя было и вообразить: сидя на плетёных стульях, они пили ароматный чай, слушали пение птиц и шуршание листвы, расспрашивая друг друга о том о сём. Ракеш спросил у хозяйки, не нужно ли им что-нибудь отремонтировать – она сначала отнекивалась, потом всё же вспомнила про стоявший в гараже без дела прогулочный сандер, который давно никто и не пробовал заводить. «Да и куда нам теперь ездить!», – с некоторой досадой подытожила она. Космотехник опустошил чашку и решительно пообещал, что железяка через час поедет так, как не ехала и с завода, а может быть даже полетит. Он забрал Бена в помощь и направился искать технический блок.
Дети убежали играть, а мадам Эвелина, вздохнув, произнесла:
– Могу ли я Вас попросить, молодой человек…
– Разумеется, мадам, – кивнул Верон.
– Я плоховато хожу, да и времени постоянно нет… А тут – как раз и дети при деле… В общем, я буду безмерно Вам благодарна, если Вы сопроводите меня в прогулке по моему саду.
– Ну конечно! – обрадовался зоолог, поднялся и протянул ей руку.
Взяв его под локоть, хозяйка, от которой приятно пахло старомодными духами и чистящими средствами, указала направление, и они неспешно сошли с освещённой террасы в полумрак садовой тропы.
Некоторое время они брели молча, медленно, так как дама немного хромала, и шаги у неё были мелкие. Затем она спросила:
– Так что же за обстоятельства привели вас сюда?
Не придумав, как лучше сказать об этом, Верон ответил:
– Я хотел бы оставить у вас Айзека.
– Оставить на время? – переспросила Эвелина.
– Нет. Навсегда.
– Но как? Это же ваш ребёнок!
– Нет, вовсе не мой. Понимаете… – и зоолог рассказал ей всю историю мальчика, объяснив, что решил помочь ему найти новый дом, и только поэтому находится сейчас здесь.
– Это немыслимо… – ответила поражённая дама. – То, что сделал его отец – это просто… я даже не знаю, как можно было…
– Вы абсолютно правы.
– Но… как же вы сообразили прийти к нам?
– Мы встретили женщину. Думаю, это была мать Таи.