– Знаю, – отмахнулся шейд. Он судорожно выдохнул и постарался думать, что перед ним не любимая женщина. Затем напомнил себе, что где-то за плечом маячит тень охотника герцога. Стало проще.
Эйдан грубовато отодвинул в сторону мать и подхватил на руки ребенка. Тейдар уже не хныкал, он заходился в надрывном крике, испуганный происходящим. По лестнице загрохотали шаги, и Ливиана кинулась к дверям:
– Помогите!
Виллор достал из-за пояса пистолет.
– Первому, кто появится в дверях и попробует мне помешать, я пущу пулю в лоб, – предупредил он и вдруг гаркнул: – Собирайся, бесы тебя задери!
– Тейд! – женщина кинулась к ребенку, но инквизитор, отвернув от нее сына, нацелил на вдову пистолет, чтобы не подпустить к себе. Сражаться с вдовой ему хотелось в последнюю очередь:
– Если не спуститесь вниз через пять минут, я увезу его, всё ясно? Брать только необходимое.
– Зачем…
– Время пошло, – отчеканил Виллор и направился к двери.
Эйдан выстрелил, как только в дверях появился лакей вдовы. Пуля прошла выше его головы, и мужчина, охнув, отскочил в сторону.
– Больше предупреждений не будет, – бросил ему инквизитор. – Следующего, кто сунется, убью.
Лакей прижался к стенке, когда мимо него прошел шейд, безоговорочно поверив его обещанию. На лестнице стоял кучер, но он соваться не стал, даже отвернулся, когда мимо него прошел шейд с кричавшим ребенком на руках. Эйдан уже почти спустился, когда вдруг зарычал Горт. Черное тело метнулось за спину хозяину, выпрыгнув из ниоткуда. Послышался женский визг, следом прогремел выстрел, но пуля ушла в потолок. Виллор обернулся. Это была нянька. Женщина оказалась смелей мужчин. В ее руках дымилось ружье, но выстрелила она от страха. Эйдан потерял к женщине интерес и вышел в открытую дверь, накинув на мальчика полу своего плаща, чтобы защитить от холодного воздуха.
Карета уже была готова, и Тим сидел на козлах. Он встретился взглядом с хозяином и гулко сглотнул. Виллор отвернулся. Он прижал к груди голову ребенка и неуклюже погладил его по светлым волосам, пытаясь успокоить.
– Мама! – надрывно всхлипывая, выкрикивал Тейд.
– Сейчас придет, парень, – ответил Эйдан.
Ливия показалась в дверях с маленьким узлом в руках. Кажется, она завернула первые попавшиеся вещи в простыню. «Наверное, взяла только детское», – мелькнуло в голове шейда. Следом за хозяйкой спешила рыдающая нянька.
– Больше никто не едет, – объявил Виллор, распахнув дверцу кареты перед госпожой Ассель. Он заметил на ее лице слезы, но лишь поджал губы.
– Как же я оставлю госпожу Ливиану? – воскликнула нянька. – А Тейд?
– Обойдемся, – отмахнулся Эйдан.
– Мама! – мальчик тянул руки к матери, и инквизитор больше не стал над ними издеваться.
Как только Ливиана уселась в карету, он передал ей сына и забрался следом. Дверца закрылась, Тимас причмокнул, и карета выехала в ворота, уцелевшую створу которых успел открыть хозяин дома. Виллор приоткрыл дверцу и бросил ему кошелек.
– На ремонт и за беспокойство, – отрывисто произнес он, снова закрыл дверцу и повернулся к женщине. Пару мгновений смотрел, как мать прижимает к себе сына, болезненно поморщился, понимая, что она сейчас чувствует. Ему было до крика жаль, что всё вышло так, и вместо того, чтобы завоевать доверие дорогой ему женщины, он перепугал ее до полусмерти, однако что-то изменить было уже невозможно. Эйдан протяжно вздохнул, кашлянул, прочищая горло, но голос всё равно прозвучал хрипло: – Госпожа Ассель, нам нужно объясниться. И прежде всего прошу простить меня за то, что ворвался в ваш дом.
– Катитесь к бесам, брат инквизитор, – ответила женщина. Ее голос прозвучал истерично и снова напугал мальчика, едва успевшего успокоиться.
– Я не причиню вам вреда, – устало вздохнул Виллор. – Поверьте, вашему сыну ничего не угрожает с моей стороны и со стороны инквизиции вообще. Но опасность есть, и только по этой причине я ворвался к вам. Сейчас вам и Тейду нужно успокоиться, мне перевести дух, а после мы поговорим. Главное, помните, с моей стороны ни вас, ни мальчика не ожидает подвоха.
Женщина не ответила. Она полностью сосредоточилась на своем сыне, ворковала с ним, гладила по волосам. Тейд капризничал поначалу, но вскоре затих, и сквозь цокот копыт до слуха Эйдана донеслось тихое сопение – малыш заснул. Мужчина силился рассмотреть сквозь темноту, заполнившую нутро кареты, вдову, чтобы по выражению лица понять ее мысли, но смог различить лишь силуэт. Оставалось только догадываться, о чем думает Ливиана Ассель, какие чувства обуревают ее, и насколько она поверила инквизитору.
– Ливиана, – негромко позвал шейд. Она не отозвалась. – Госпожа Ассель.
– Не сейчас, – долетел до Эйдана едва различимый шелест ее голоса. – Позже.
– Хорошо, – не стал спорить Виллор.
