Он откинул голову назад, прикрыл глаза и тихо вздохнул, неожиданно ощутив умиротворение. Как бы там ни было, но то, о чем столько грезилось, свершилось. Пусть против согласия женщины, пусть им придется пройти путь от непонимания и подозрительности до полного доверия, и все-таки она была рядом. Сидела напротив, невесть что воображая себе в эту минуту. Возможно, придумывала, как сбежать из-под надзора своего похитителя, может быть, гадала, что ждет их с сыном в скором будущем. А может, готовилась стоять до последнего вздоха, но защитить маленького мальчика, спавшего на ее руках. Эйдан надеялся, что к моменту, когда он сможет с ней объясниться, разум Ливианы будет готов осознать слова инквизитора. Мужчина прислушался к тишине и сопению ребенка, невольно улыбнулся и провалился в сон. Организм, над которым издевались столько времени, больше не желал подчиняться хозяину. Ему нужен был отдых.
Проснулся он резко. Дернулся и распахнул глаза, не сразу сообразив, где находится и что происходит. Но уже через мгновение облегченно выдохнул и утер ладонью испарину со лба. Кажется, ему снился дурной сон, но что, Эйдан уже не мог вспомнить. Мужчина откинулся на спинку сиденья, отметил, что наступил рассвет и бросил взгляд в окошко. Там был лес. Тимас выбрал неприметную дорогу. Ему даже не нужно было приказывать, бывший наемник сам понимал, что от него требуется. Виллор поерзал, устраиваясь удобней, и снова посмотрел на семейство Ассель.
Теперь Тейд лежал на сиденье, положив голову на колени матери. Он повернулся на бок, и лицо мальчика стало хорошо приметно в рассветных сумерках. Его по-детски пухлая щечка расплющилась о ногу матери, чуть сдвинула приоткрытые губки, и выглядел ребенок уморительно. Эйдан улыбнулся и перевел взгляд на женщину. Она сидела в самом углу, чтобы освободить для сына побольше места. Глаза вдовы были закрыты, но ресницы подрагивали, рука, лежавшая на колене, нервно подергивалась, и лицо время от времени кривилось, словно в судорогах. Ливиане снился нехороший сон, это инквизитор понял. Он отвернулся к окну, справляясь с желанием протянуть руку и погладить вдову по щеке, чтобы успокоить. А когда снова посмотрел на противоположное сиденье, глаза мальчика были уже открыты.
Тейд смотрел на незнакомого мужчину, сонно хлопая ресницами. Инквизитор подмигнул ребенку и, улыбнувшись, шепнул:
– Доброго утра, парень.
Малыш зашевелился и сел. Он некоторое время смотрел исподлобья на шейда, затем скривился, словно собираясь заплакать. Эйдан спешно приложил палец к губам и полез в карман, чтобы вытащить брегет. Ничего иного ему в голову не пришло. Мальчик, в глазах которого уже появились слезы, замер, с интересом разглядывая блестящий корпус часов.
– Хочешь? – спросил его Виллор.
Тейд протянул руки, и инквизитор, поддаваясь неожиданному порыву, склонился, взял мальчика подмышки и перетянул на свою сторону. Усадил на колени и вручил брегет раньше, чем нутро кареты огласил детский плач.
– Смотри.
Эйдан нажал на пружинку, крышка, закрывавшая циферблат откинулась, и мальчик издал забавный звук:
– У-у.
– Да, парень, вещица занятная, – хмыкнул шейд. – Только осторожней, это подарок одного хорошего человека.
Тейдар случайно захлопнул крышку и теперь сопел, пытаясь ее вновь открыть. Он ворчал, пыхтел, занятый вероломным брегетом, в Эйдан Виллор смотрел на светловолосую макушку и ощущал странную нежность к этому чужому для него ребенку. Шейд с удивлением обнаружил, какое маленькое и хрупкое еще тело у годовалого мальчика. Почувствовал его легкость, сравнив для себя с пушинкой. То, что сейчас заполнило душу одинокого сурового инквизитора, было столь приятным, что ему вдруг захотелось рассмеяться. Вот так, без причины, просто потому, что ему было хорошо от ощущения соприкосновения с совершенно неизвестным ему миром – миром детства. Даже своих племянников Виллор никогда не брал на руки, обходясь небрежным жестом, когда он трепал им волосы при встрече. А тут… растаял.
– А ты смельчак, Тейд, – прошептал Эйдан, осторожно проведя ладонью по маленькой детской головке. – Сидишь на моих коленях, воюешь с брегетом и не ругаешься со мной. Ну, хоть кто-то в этом семействе должен быть дружелюбным, не так ли, приятель?
– Да, – кивнул малыш, словно поняв, о чем ему говорит незнакомец. После вздохнул и, зарычав на неподатливый брегет, сердито махнул рукой с часами.
– Давай помогу, – хмыкнул Виллор и снова открыл крышку.
– О-ох, – протянул Тейд, взметнув руки вверх.
И Эйдан не сдержался. Он все-таки хохотнул, и глаза госпожи Ассель распахнулись. Ладонь женщины опустилась на сиденье рядом, никого не обнаружила, и Ливиана нацелила взгляд на инквизитора, сразу обнаружив пропажу.
– Отдайте моего сына, – дрогнувшим голосом потребовала госпожа Ассель.
– И вам доброго утра, Ливиана, – усмехнулся Эйдан. После улыбнулся мальчику: – Твоя мама проснулась и желает тебя видеть.
