В комнате наступила тишина, все затаили дыхание. Киёхара, по привычке сощурившись, с трудом выдавил на лице улыбку и, нагнувшись, вытащил из-под стола капитана III ранга Томияма бутылку виски. Протянув руку, он поставил эту бутылку на стол перед капитаном Кавасэ.
— Если вы настоящий военный, то, прежде чем указывать мне, призовите к порядку своих коллег... Хорошо, я готов взять обратно свои слова, по думаю, что и всем вам не мешало бы многое пересмотреть в вашем собственном поведении.
Капитан Кавасэ заскрежетал зубами от ярости. Слова Киёхара вызвали у него злобу. Киёхара, не добавив больше ни слова, вышел из офицерской комнаты, прошел по темному коридору в «специальный отдел» и уселся за отведенный ему стол. В помещении «специального отдела» художник-карикатурист усердно рисовал никому не нужные карикатуры, юноша, приехавший из Америки, слушал радиопередачу из Мельбурна. Третий сотрудник стоял без дела, прислонившись к стене; лицо у него было мрачное, словно он оплакивал судьбу острова Атту.
Киёхара надел шляпу, взял портфель и, буркнув «до свидания!», вышел из комнаты. Снова пройдя по коридору, он спустился по ступенькам каменной лестницы, прошел через ворота, у которых стоял часовой, и очутился на улице. Ему было и досадно и грустно. В этой стране, поглощенной войной, не находилось для него места. «А все из-за моего дурацки-упорного характера...» — думал он. По широкому проспекту он дошел до дворцового рва и медленно зашагал в сторону Хибия.
На дверцах кабины лифта белело объявление: «Ввиду экономии электроэнергии лифт не работает». Многоэтажные здания делового квартала — сущее мучение для старика. Директору акционерного типографского общества «Тосин» было уже под шестьдесят, и вдобавок он страдал ожирением. Лысая голова и лицо вечно лоснились от пота, дышал он хрипло — мучила одышка. У директора было больное сердце. Цепляясь за перила, то и дело останавливаясь, чтобы перевести дух, он кое-как взобрался на шестой этаж, некоторое время постоял у открытого окна, утирая катившийся градом пот, и наконец толкнул дверь в помещение редакции «Синхёрон».
К посетителю вышел главный редактор Окабэ, в рубашке, без пиджака, и проводил гостя в кабинет директора Асидзава. Юхэй как раз просматривал рукописи предстоящего июльского номера.
Сегодня прибыл из типографии готовый июньский номер, и в производственном отделе кипела работа — нужно было обернуть бумажной полоской несколько тысяч экземпляров журнала и разослать подписчикам. В этот день завершалась работа целого месяца, и вся редакция с облегчением переводила дух.
Всего несколько месяцев назад журналы пересылались в картонных папках. Но сейчас уже невозможно было заказать картон. Все промышленные предприятия целиком перешли на выполнение военных заказов, готовую продукцию забирало военное ведомство, жизнь гражданского населения была ущемлена до предела. Чтобы обернуть журналы в бумагу, требовалась уйма времени.
Обычно вся работа по упаковке заканчивалась к трем часам, а сейчас пробило уже пять, но работе еще не видно конца. Асидзава намеревался пригласить сегодня несколько руководящих сотрудников в ресторан «Санко-тэй», чтобы отмстить выход в свет очередного номера, и ждал уже целый час, пока коллеги освободятся. В это время в кабинет вошел главный редактор вместе с главой фирмы «Тосин».
Гость, почтительно поклонившись, протянул свою визитную карточку. Директор Асидзава ответил на приветствие не вставая. Он внимательно оглядел тучного старика, которого видел сегодня впервые.
До сих пор журнал «Синхёрон» печатался в одной из самых больших типографий Японии, принадлежавшей компании «Нихон инсацу», но из-за жестких лимитов на электроэнергию половина линотипов «Нихон инсацу» остановилась. Кроме того, квалифицированных рабочих-печатников почти всех забрали на фронт. В результате договорные сроки все время нарушались, выход журнала задерживался. А это в свою очередь сразу же сказывалось на коммерческой стороне дела. Война чинила бесконечные препятствия гражданскому производству во всех областях жизни. В конце концов редакция «Синхёрон» решила заключить новое соглашение с типографией «Тосин» в районе Сиба.
— О да, о да, рабочих рук у нас в типографии, слава богу, хватает, и по части электроэнергии мы тоже пока, можно сказать, не испытываем особого недостатка... Линотипов у нас два. На начало месяца мы уже имеем два заказа, но на середину месяца, если вас это устраивает, можем принять ваш заказ с гарантией, что сделаем в срок. Есть у нас человек двадцать старых, опытных мастеров, так что по качеству исполнения, думаю, никому не уступим.— Старик говорил, утирая пот и тяжело отдуваясь, так что жалко было смотреть. Грузный, могучего телосложения, он напоминал борца сумо*, одетого в европейский костюм.
