— Да сначала хотел просто прогуляться, а вышло иначе.
— Ну, как, понравился наш Приозерск?
— Вы знаете, понравился. Большинство домов в порядке, улицы очищены, и даже песочек на тротуарах.
— Старается наш райкомхоз, — довольно улыбнулся Мякотин.
Однако Михаил Сергеевич суховато спросил:
— Иван Петрович, что у нас с топливом? В Доме культуры и в школе хоть тараканов, морозь. Вы разберитесь, в чем там дело, и завтра же мне скажите. И, пожалуйста, следите за этим.
— С подвозом у нас трудновато, но накручу холку кому надо.
Курганов, обращаясь к обоим собеседникам, задал новый вопрос:
— Видимо, с фондами на товары нас подзажали? Уж очень бедно в магазинах.
Удачин ответил:
— С товарами плохо. На днях приезжала ко мне сестра, пошла в магазин. Парень ее у кого-то увидел заводной автомобиль и ну просить — купи! Да. Пошла она. А в магазине говорят: «Все продали». Потом продавщица ей шепчет: одну штуку найду. Сестра-то, дуреха, возмутилась и ушла. А я ей потом сказал: «Чего же ты растерялась? Чай, от переплаченной трешницы мы бы не обедняли».
Курганов удивленно посмотрел на Удачина, помолчал и продолжал:
— Дело не только в отсутствии товаров. Жулье и пьяницы в магазинах чувствуют себя как в раю. Особенно в «Гастрономе».
— Черт его знает. А жена постоянно хвалит этот магазин, — с недоумением проговорил Мякотин.
— Наводите порядок, Иван Петрович. Да и вы поглядывайте, — повернувшись к Удачину, закончил мысль Курганов.
Михаил Сергеевич говорил хмуро, недовольно. На душе была досада. Бывает иногда так, что трудно полностью узнать, раскусить человека. И хорошее есть у него, и плохое… Но вот появляется одна какая-нибудь черточка, деталь, фраза, поступок, пусть мелкий, еле заметный, — а в нем весь человек с его характером, нравами, привычками, взглядами на жизнь. Конечно, по одной такой детали нельзя судить окончательно, тем более делать какие-то выводы, но игнорировать ее тоже нельзя. Вот почему рассказ Удачина о том, как сестра покупала сыну игрушку, никак не выходил у Курганова из головы.
Что это? Ограниченность? Обывательщина? Или просто случайно оброненные фразы? Курганов еще взглянул на Удачина. Тот озабоченно переговаривался с Мякотиным. Подумалось: «Видимо, все-таки случайность. Что-то сегодня у меня настроение неважное, на все смотрю придирчиво».
Встряхнув плечами, как бы сбрасывая с себя это настроение, Михаил Сергеевич подошел к окну. По улице целая гурьба мальчишек катала большие снежные комья. За окраиной села по заснеженным взгорьям вилась укатанная санями и машинами дорога. По ней шли подводы. Куда ведет эта дорога? В какие места, к каким людям? Как мало ты еще знаешь, Курганов, Приозерск, его людей. Ох как мало. А надо знать все, и узнавать скорей, как можно скорей…
Курганов вернулся к столу, придвинул к себе календарь, долго делал на его листах пометки. Вызовы; беседы, встречи. Работники райкома, райисполкома, райсельхозотдел, комсомол, газета, милиция, районо. И колхозы, колхозы… Они заняли добрую половину испещренных записями листков.
Мысль пригласить Курганова на ужин возникла у Вероники Григорьевны Мякотиной. Она с ней носилась несколько дней, советовалась с мужем, созвонилась с Виктором Викторовичем. Оба они согласились, хотя Удачин считал, что скорее всего первый секретарь откажется от визита к подчиненным. Но — попытка не пытка, в воскресенье в райкоме Мякотин решился. Момент был подходящий. Сидели втроем — он, Курганов и Удачин.
Курганов сказал:
— Вы меня не без оснований критиковали, что не расспрашиваю вас о районе. Может, поговорим сегодня? Удобно, никто не помешает. Как? Или есть личные планы на выходной? Тогда отложим.
— Михаил Сергеевич, тут есть одно предложение. Живете вы пока один, по-холостяцки. Ну так вот, приглашаем вас поужинать с нами. Сегодня наши хозяйки пельмени готовят.
Курганов согласился быстро:
— Спасибо. С удовольствием.
— Тогда я на минутку выйду и дам команду, — произнес Мякотин.
— Как впечатление от поездки к Беде? — спросил Удачин.
Курганов, подумав немного, ответил:
— Что же вам сказать? Вы ведь знаете, каково у них положение. Что, много у нас таких артелей?
— Да, наверно, половина.
— Березовка, безусловно, в очень тяжелом положении, но на ноги поставить ее можно, — задумчиво проговорил Курганов.
— Дай бог, как говорится.
— Нет, бог тут нам не помощник. Без его помощи придется ее в люди выводить. А народ там, Виктор Викторович, просто чудесный. Честное слово…
Когда Иван Петрович вернулся, Курганов уже внимательно слушал Удачина о делах в районе. Вступил в беседу и он. Оба, проработавшие здесь немалые годы, хорошо знали и экономику, и хозяйство, и людей Приозерья. И это было как нельзя кстати Курганову, который внимательно слушал, старался запомнить каждую цифру, каждый факт, каждую деталь. Разговор шел долгий, оживленный, горячий
