— Да, кукуруза. Вот это «стерлинг», это «сибирячка», это «бессарабка». Одна из самых замечательных, самых урожайных зерновых культур.
Курганов прочел за последнее время немало книг о кукурузе. Прохаживаясь от стола к окну, он перечислял и перечислял качества этой культуры.
— Урожайность — сам-пятьдесят, а то и сам-семьдесят. Ну-ка назовите, какое еще зерно дает такое потомство? Такого больше нет или почти нет. А полезные свойства злака? Да их трудно перечислить. Кукуруза — это хлеб, крупы, спирт, крахмал, сахар, напитки. А ее кормовые качества? Равных кукурузе культур и по этим свойствам нет.
Удачин тяжело вздохнул. Мякотин, посмотрев на него и Курганова, нерешительно проговорил:
— Нежная культура. Солнышко любит.
— Тепло она любит, это верно, — согласился Курганов. — Но растет и в центральных районах. Под Москвой в том числе. Если руки приложить. — И, обращаясь уже к Беде и Морозову, проговорил: — Хочу попросить вас начать.
Беда опять взял на ладони тяжелые округло-продолговатые зерна.
— Это, дорогой товарищ Беда, такая штука, что если за нее взяться как следует, так любой колхоз за год-два на ноги встанет.
Беда и Морозов молчали.
Василий Васильевич прикидывал, где ее разместить, новую-то культуру, как встретят это задание правленцы, колхозники.
Глаза Макара Фомича тоже сначала загорелись задором, особенно когда Курганов рассказывал об урожаях этой культуры. Но, вспомнив причину своего приезда в райком, он быстро расстался с радужным настроением. Ему даже досадно сделалось. Вот, подумал он, какой он, новый-то. Не спросит, как дела, как управляемся со своими уже изведанными культурами, а задает дело, которое еще неизвестно, чем и кончится. Тут и так бьешься как рыба об лед — то семян нет, то долги одолели, то эмтээсовцы мудрят, а он новую мороку придумал — кукуруза. И Беда со скептическим видом, ссыпав с ладони зерна обратно в мешочек, проговорил:
— Конечно, заманчиво. Но не для нас. Не вызреет.
— Ну, ну, Макар Фомич. Зачем спешите? И у нас вызреет. Но если даже и не вызреет на зерно, то все равно не страшно. Все равно выгодно.
— Это как же так? — спросил Морозов.
— Я же объяснял: зеленая масса — это такой корм, что лучше любого сена, любых концентратов. Скот от него за уши не оттянешь.
— На корма? — Удачин непонимающе смотрел на Курганова.
— А что?
— Овчинка выделки не стоит.
— Да что вы такое говорите? Давайте считать. — И Курганов крупно, стремительно набрасывает в своем блокноте цифры — одну, другую, третью. Затем спрашивает: — Ну, как?
— Возможно, вы правы, товарищ Курганов, я не спорю, — стараясь держать себя как можно спокойнее, ответил Удачин. — Но согласитесь, что походя, наскоро такие вопросы не решаются. Вы, надеюсь, знаете, что у района имеется план, утвержденный областью. Посевные площади под каждую культуру определены, на основе этого сверстаны хлебозаготовительные планы… Когда ознакомитесь с районом, все это станет яснее, тогда можно будет обсудить и новшества, о которых вы толкуете.
Михаил Сергеевич стоял у стола, перебирал на ладони тяжелые, отливающие восковой желтизной зерна и внимательно слушал Удачина. Когда тот кончил, Курганов обратился к Мякотину:
— А вы как думаете?
Иван Петрович замялся, потом не очень уверенно проговорил:
— Я? Я бы тоже высказался в том смысле, что хорошо бы, так сказать, изучить обстановку, наши условия. А потом уже обсудить.
— Не спешить, взвесить, изучить. Все это, видимо, правильно. Только у нас с вами не так-то много времени.
— Но с районом-то вы познакомиться должны? — грубовато заметил Удачин.
— Обязательно. Как видите, уже знакомлюсь.
— Как-то странно начинаете.
Курганов улыбнулся.
— Что вы, Виктор Викторович, так рано меня критиковать начинаете? Знакомлюсь, как мне кажется целесообразным. Думаю, что здесь каких-то обязательных правил нет. Одни начинают так, другие этак. Я, например, очень рад, что знаю уже двух председателей, товарищей Морозова и Беду. Кое-что уже знаю и о их хозяйствах.
— Вот именно кое-что, — заметил Удачин. — А задание уже даете. Эту самую кукурузу. — Он хотел сказать это мягко, но вышло с раздражением, грубовато.
Курганов, нахмурясь, отрезал:
— Да, если хотите, даю задание. Партийное поручение даю коммунистам — руководителям колхозов. С них начинаем… — И, посмотрев на Морозова и Беду, спросил: — Или товарищи тоже думают так же — подождем, да посмотрим, да как бы чего не вышло?
В это время Вера доложила о секретаре райкома комсомола. В кабинет вошла Родникова. Курганов сразу обратился к ней:
— Вот кстати пришли. У нас тут идет спор, толкуем…
— О кукурузе, — определила окончание фразы Нина.
— Да, именно о кукурузе. Вот агитирую товарищей взяться за нее, а они все в один голос утверждают, что не вызреет, солнца, говорят, в Приозерье мало. Как думаете?
Нина взглянула на Морозова и Беду и спокойно ответила:
— Я уверена, что кукуруза у нас расти будет.
— Ну, а как вы, Макар Фомич? — спросил Курганов Беду.
— Я? Это, наверно, выгодно. Только передовым… А нам… не до этого. — Беда сказал это тихо, со вздохом.
