Облегчение сошло, как лавина, даже в голове зашумело, будто от шальдеронской сливовой настойки.
Вдруг зрачки Елены расширились, взгляд сфокусировался на чем-то за спиной Диона. Он не глядя выставил щит — который разлетается на осколки, как тонкое фужерное стекло под молотом истинной силы. Диона подкинуло и смяло медным прессом. Затрещали кости, застыли в спазме легкие.
Чтобы побороть одного истинного, нужно десять магов.
Не хватало ровно девяти. А Лаэрт не простой истинный…
В ушах нарастал звон. Мир сузился до злого бородатого лица на потолке, начал чернеть…
И вдруг распахнулся, как окно, во всю ширь.
Лаэрт зашатался, рухнул ничком, и Дион увидел Елену. Она стояла, сжимая обеими руками расколотый хрустальный кувшин и с изумлением взирая на огромного мужчину, распластанного у ее ног.
Магия бесполезна против истинной силы. Но истинная сила уступает грубой тяжести толстого хрусталя.
— Получилось, — прохрипела Елена. — Узор для силы рук…
Ее губы кривились от боли, но глаза сияли восторгом.
Дион чувствовал то же самое. Частью сознания он понимал, что творится нечто безумное, невообразимое. Покуситься на короля, по-настоящему — это конец всему. И не просто покуситься… Если Лаэрт жив, его придется добить. Но это не пугало. И печать не остановила Диону сердце. Печати… просто не было. Совсем.
Он бросил на дверь блокирующий узор — на какое-то время это сдержит стражу — и спешно повернулся к Лаэрту, который со стоном поднимался на ноги. Живучий, гад. Крепкий череп, густая грива. Дион подхватил с пола столешницу от разбитого столика. Но ударить не успел. Руки сковала медная хватка. Елена попыталась составить какой-то узор — ее швырнуло навзничь.
Вокруг плескался безбрежный океан силы. Дион вздохнул — и сила откликалась на его дыхание. На боль, на страх, на отчаяние. На трепет крыльев охряного коршуна.
Он не задавался вопросом, как это возможно. Просто поймал волну и ударил, будто хлыстом. И то же самое сделала Елена. В этот момент они думали и чувствовали одинаково, практически стали одним целым.
Какую-то часть силы Лаэрт перехватил, но остальное накрыло его с головой. Он содрогнулся всем телом, взмахнул руками…
— Пригнись! — крикнула Елена.
А дальше — оглушительный звон бьющегося стекла, блеск осколков в воздухе. Что-то надвинулось через проем окна, с треском вынеся раму.
Фугат!
Полуприкрыв руками лицо, Дион оторопело смотрел, как в темном лакированном коробе открывается дверца. Наружу выбрался Айдель. И сейчас же вскинул перед собой и над собой магический щит.
Истинная сила ударила сверху — будто потолок рухнул на голову.
Дион почти ослеп от боли, но сумел уловить, как Айдель свивает густую сеть формул, набрасывает на Лаэрта…
Вспышка медного огня — и узоры сгорели дотла, все разом.
Но за спиной короля проступила тень. Призрачный человеческий силуэт заключил Лаэрта в ласковые объятья и плавным движением прижал к его лицу кусок ткани, распространяющей запах сладковато-прелого дурмана.
Король дернулся и обмяк. Тень придержала его, не давая упасть.
Подскочил Айдель, поднырнул под правую руку Лаэрта — маленький, как подросток, вздумавший тащить пьяного в дым папашу из кабака, — обвил большое золотисто-розовое тело плетями узоров и легко поволок к фугату. Крикнул на ходу:
— Дион! Что стоишь? Хватай девчонку и за мной!
Елена сама метнулась к Диону, и он прижал ее к груди, на миг уткнувшись носом в спутанные волосы, готовый умереть, только бы этот миг не кончался.
Фугат был рассчитан на двоих — другой бы в окно не прошел. Вчетвером они еле втиснулись внутрь. Бесчувственный король квашней растекся на сидении. Дион сел напротив, Елена умостилась у него на коленях, стараясь поджать ноги так, чтобы не касаться ног Лаэрта. Айдель пристроился боком справа от Диона, неловко изогнувшись и прижавшись спиной к окну.
Тягловые узоры вспыхнули на пределе мощности. Фугат грузно оторвался от пола, левым бортом проскрежетал по камню, у Диона аж скулы свело, и стал набирать высоту. В маленькое окошко было видно, как медленно проваливается вниз королевский сад и уменьшаются человеческие фигурки, усеивающие подступы ко дворцу. Дион отбил три залпа из самопалов, Айдель сорвал магическую петлю, зацепившую правую опору, и отвел луч-глушитель.
Фугат оставил позади дворцовую ограду и понесся над крышами домов.
Обстрел прекратился.
— Оторвались? — напряженно спросила Елена.
Ее голос был сиплым, но звучал уверенно. Диону хотелось закрыть глаз и просто чувствовать ее. Давление упругого тела, без стеснения жмущегося к нему, теплое дыхание, нежную щеку у его щеки, руки, обвившие шею, ее вкус, ее запах. Все это вернулось к нему в тот момент, когда казалось уже потерянным навсегда.
— Столько крови, — прошептала она, касаясь пальчиками его левой скулы. — Что они с тобой сделали?
"Они" всего лишь намяли ему бока и потянули плечи, когда крутили руки.
А боль в глубине глазницы постепенно утихала, глухо пульсируя в такт биению сердца.
