А ведь Диону тут несладко приходится, сообразила Лена. Паршивая овца в высокородном стаде. Бывший маг. Раб, как писала Леннея, — и вдруг со знатью наравне. Да они его живьем сожрать готовы. И заодно — девицу из опального рода, которая спокойно улыбается, стоя рядом, вместо того, чтобы рыдать, визжать и топать ногами.
— О, рэйд Каллей! Примите мое восхищение, — воскликнула Лена. Высокое собрание вдруг перестало ее пугать. Обычные люди со своими ужимками. В груди, как пузырьки шампанского, взыграл азарт. — У вас, как всегда, изысканные манеры. А цвет лица — девушкам на зависть!
Рэйд Каллей от шока начисто забыл светское обхождение.
— Что ты несешь, — выдохнул он, тараща красные глазки.
— Чепуху, конечно же! — Лена улыбнулась. — Как и подобает благородной деве.
Их пикировка привлекала внимание. Повернул голову от стола полный молодой мужчина в очках. Из-за спины Каллея с любопытством выглядывали две дамы под пятьдесят.
Рэйд побагровел, раскрыл рот, повел руками.
Это выглядело так неуклюже, что Иллирия Конбри, заливисто смеясь, хлопнула его по плечу веером.
— Ах, Норб! Вы, как медведь в лавке стекольщика, честное слово!
А Лена с тихим ужасом прислушалась к себе. Что происходит? Она же собиралась быть паинькой. Вежливо улыбаться и помалкивать. Именно так ведут себя сопливые девчонки среди взрослых солидных людей.
Неизвестно, что бы вышло дальше, но в этот момент в зале появился еще один человек.
Не было ни фанфар, ни гвардейцев, взявших на караул. Церемониймейстер не бил посохом о наборный паркет, возглашая громогласно: "Их величайшее величество, владыка всея Гадарии и прочая, прочая!" Ему даже никто не кланялся — видно, порядки на закрытых ассамблеях установлены демократические. Да и одет вошедший был чудаковато: свободные нежно-фиалковые брюки, розовый пиджак и бирюзовый галстук. Но Лена с полной ясностью поняла: этот фиалковый бугай с львиной гривой и есть король Лаэрт собственной венценосной персоной.
Дион наклонился к уху:
— Ты, оказывается, записная светская хищница… Только перед королем так не делай.
— Как? — шепнула Лена.
Но Лаэрт уже шел к ним, улыбаясь твердо очерченными полными губами. Шел, как ледокол, как танк. И хотя видимых разрушений вокруг не производил, людей не расталкивал, было чувство, что он сминает пространство перед собой — одним взглядом. И от этого Лене стало здорово не по себе.
— Друг мой! И — Леннея Дювор? — король налетел бураном, облапил за плечи сразу обоих, заполнил собой пространство, взгляд, мысли. Беспардонно облобызал руку — словно хищник лизнул жарким языком. Отступил на шаг. — Ну-ка дайте посмотреть на красавицу невесту. Хороша! Ай хороша! Не будь я обручен, сам женился бы!
Этакий развеселый балагур, только от него мурашки по загривку.
— Еще не поздно переменить намерения, — мурлыкнула из-под королевского локтя рэйда Конбри. Ловко ухватила Лену за руку, выставив на показ черный перстень на ее пальце. — Наследница цапли — чудесная пара для вашего величества. Зачем вам на троне дочка иэннского мага? Брак с Леннеей ин-Скир отменно поспособствует известным планам…
Каким еще планам? Вот лиса Алиса!
Лена быстро взглянула на Диона. Мелькнула мысль, что он все подстроил и хочет подсунуть Леннею королю. Но в серых глазах отчетливо полыхнул гнев. В следующую секунду лицо Диона превратилось в маску холодной невозмутимости — он умел обуздывать эмоции, и Лена была рада, что успела поймать момент. От облегчения даже голова закружилась.
Она вырвала руку из пальцев рэйды Конбри, намереваясь сказать интриганке пару ласковых, и вдруг заметила, что перстень ей впору. Не болтается, но и не давит, сидит так, будто подбирался точно под размер. Тонкий силуэт цапли на черном фоне тихонько светился.
Лену пробрала дрожь.
Да что же это?
Что вообще творится!
Волнение ударило в голову, и Лена выпалила в лицо коварной статс-даме, не думая о последствиях:
— Вам стоило поинтересоваться моим мнением, прежде чем подавать его величеству неподобающие идеи, рэйда Конбри!
Иллирия прекрасно владела собой, но Лена уловила тень растерянности на красивом лице.
— Прошу нас простить, — вмешался Дион, больно сжав Лене пальцы. — Рэйда Конбри напугала мою невесту.
— Я не напугана, а возмущена! — быстро заговорила Лена, глядя в тяжелое лицо Лаэрта. — Рэйда Конбри только что предложила вашему величеству нарушить свои обязательства. Но обязательства короля — это не обещание частного лица, а слово, данное от имени всей Гадарии. Его нельзя взять назад!
Повисла тишина. Придворные, всей гурьбой, cтолпились вокруг эпицентра скандала, вокруг короля. Казалось, они дышать перестали.
"Ну все, — отстраненно подумала Лена. — Палач и плаха".
Страшно почему-то не было.
И тут король расхохотался. Зычно, раскатисто, со вкусом, до слез, которые двумя картинными движениями смахнул с ресниц.
— Не бойтесь, красавица, я не отниму вас у вашего жениха!
Его глаза вспыхнули. Жидкий огонь затопил и радужку и белки. Казалось, под веками у Лаэрта кипит расплавленный металл.
