Лена со вздохом рухнула на кровать. И почему она решила, что после того, как Дион Герд узнает правду, станет проще? Он явно был влюблен в свою маленькую рэйди — как бы сложно у них все ни складывалось и что бы он сам себе ни напридумывал. Иначе не размяк бы так скоро, стоило проявить чуточку доброты и симпатии. Теперь оказалось, что Леннея — не Леннея, и он ощущает себя обманутым в лучших чувствах. А Лена… Переживет как-нибудь. Не так уж сильно ее зацепило. Увлеклась, да. Но к счастью, коротко. Увязнуть не успела. Поболит — перестанет.
Вечером тихая Лисси накрыла ужин на двоих. Лена сочла это хорошим знаком. Его светлость сиятельный рэйд одумался и решил, что с пришелицей стоит дружить. Хотя бы против Иэнны, которая ведет какую-то грязную игру.
Размечталась!
Сев за стол, Дион уже знакомым студеным тоном потребовал сведений о мире, в который перенеслась Леннея. Казалось, он ищет опровержения немыслимой правде — вот сейчас Лена запутается в показаниях, и он с облегчением воскликнет: "Я так и знал!"
— Нет, — сказала Лена. — Она все-таки вертится.
А в ответ на недоумение Диона с удовольствием объяснила про Галилея и Землю.
Пусть на руке опять злосчастный энтоль, Лену охватила легкая эйфория. Как приятно говорить обо всем свободно, без ухищрений и притворства!
Она рассказывала о родных, которые наверняка распознали обман и уже вынудили Леннею во всем сознаться, о своей маленькой однокомнатной квартирке, оставшейся в наследство от бабушки, о работе библиотекаря, о дорожном движении, интернете и банковских карточках, об устройстве мира, об отношениях между людьми… И вдруг обнаружила, что не может продолжать, потому что в горле стоит ком, а лицо Диона дрожит и расплывается перед глазами.
— Леннея… — глухо начал он и осекся.
Броня, за которой прятались его чувства, дала трещину. Но устояла. Он так и не назвал Лену по имени. Молча подал платок и стакан воды. Лена так же молча отложила в сторону одно и отставила другое. Плакать она будет потом, когда останется одна.
— Вас интересует что-то еще, рэйд Герд?
Помедлив, Дион спросил хмуро:
— Как поступят ваши родители, узнав правду?
— К батарее Леннею не прикуют, это точно. Выскажут все, что думают, особенно мама. Но и накормят, и оденут, не беспокойтесь.
Сердце царапнула тревога. Если Леннея склонна размахивать ножом, как утверждал Дион, тут не за нее надо переживать, а за тех, кто рядом.
Нет, твердо сказала себе Лена. За пять месяцев в гордом одиночестве девчонка остыла и в чужом мире скорее прибегнет к хитрости, чем проявит агрессию. Не совсем же она дура, в конце концов. Знала, что делала.
— Уверена, с ней все в порядке, — Лена вспомнила письмо Леннеи и слова про "вашу технику". — Она готовилась к побегу, изучала наш мир. Может, иэннские маги вообще запросто шастают по чужим мирам, и в каждом заводят агентурную сеть. Все эти месяцы они наблюдали за мной, собирали информацию, натаскивали Леннею, учили, что кому говорить, как себя вести. Не удивлюсь, если в банке ее ждал счет на кругленькую сумму. В любом случае, на моем месте вашей рэйди не грозит ни каторга, ни казнь, ни принудительное замужество, ни рабский браслет. А если еще и работать не придется, будет жить, как сыр в масле!
Лена не стала скрывать, что тайная Леннея в ее голове время от времени предъявляет претензии на тело. Как еще объяснить буйную истерику при первой встрече, уничтожение письма и попытку бегства с приема?
Диону этот нюанс предсказуемо не понравился. Он сузил глаз, явно подозревая Лену в коварстве.
— Послушайте, — сказала она, — у нас общие интересы. Вы хотите вернуть Леннею, я хочу вернуться домой…
Дион саркастически хмыкнул, и Лена не стала сдерживаться:
— Перестаньте вести себя так, будто я в чем-то виновата! Это меня без спроса вытащили из родного мира и заставили жить чужой жизнью. Между прочим, при активном участии вашей Леннеи. И ей было плевать, что со мной станет. А с вами и подавно. Хотите, процитирую, что она писала о вас в своем письме? Так вот. На случай, если вы вдруг изволили забыть, глубокоуважаемый рэйд Герд… Все эти дни вы общались не с Леннеей, а со мной!
— Не старайтесь, госпожа Каверина, — Дион отодвинул пустую тарелку. За непростым разговором они все-таки сумели поесть. — Энтоль я не сниму.
— Почему?
Он вздохнул.
— Потому что я вам не верю.
Лена ощутила, как сдают нервы. Просто физически почувствовала, что внутри рвутся туго натянутые струны, голову наполняет звон, и ветер несет с горы — прямиком к обрыву.
— Бросьте! Дело не в вере и доверии. Я объяснила, почему сделала то, что сделала. Но вам плевать. Вы, как упрямый мальчишка, зациклены на старых обидах. Даже не видите разницы между мной и Леннеей. Хотя это ей вы стремитесь отомстить!
— Что за вздор, — скривился Дион. — Я не мщу Леннее.
— Так в чем дело? Вам просто нравится власть? Или по-вашему, права на выбор достойны лишь одаренные с рождения? Дотти, Вийла, Нитр… В моем мире это называется двойными стандартами!
