На новую работу Муров захватил своего коллегу Лопырева, который со временем стал главным в ФСО по Северному Кавказу — то есть отвечал за Сочи, Кубань и неспокойные республики региона. Важная по российским меркам должность. Лопырев курировал стройку путинских дач на черноморской ривьере, в том числе, вероятно, и дворца под Геленджиком. А в официальной резиденции Путина «Бочаров ручей» у Лопырева был ни много ни мало свой кабинет. Вообще стоит сказать, что, будучи не самыми образованными, все охранники — Муров, Золотов, Лопырев, Климентьев, Дюмин и другие — оказались вполне обучаемы искусству корысти. Каждому из них через номиналов и родственников принадлежали и принадлежат значительные бизнесы, иногда криминальные. Каждый из них обзавелся многочисленными объектами элитной недвижимости. Например, семейство Золотова, едва Путин стал президентом, необъяснимым образом получило два гектара земли прямо рядом с путинской резиденцией на Рублевском шоссе под Москвой. Там самая дорогая земля в России, заработать на нее легально Золотов не смог бы никогда, даже если бы играл не в дурака, а в покер на деньги. Рядом с ним участками обзавелись Климентьев, Дюмин и другие преторианцы. Для отвода глаз землю и бизнесы эти смелые крепкие мужчины записали на жен, сестер, братьев, зятьев и свояков. С этой землей впритык к путинскому забору приключилась история, комедийная и трагичная одновременно. Участок прямо за рекой от путинской дачи в начале нулевых годов приобрел молодой, но энергичный не то бизнесмен, не то политик из Башкирии Игорь Изместьев. Изместьев — первостатейный коррупционер, он одновременно занимался бизнесом и был членом Совета федерации. Но это в нынешней России можно. Зато нельзя перечить президентской охране. По нескольким свидетельствам607, Золотов был очень недоволен тем, что Изместьев близко соседствует с Путиным, шумит и безобразничает. К тому же соседом сенатора с другой стороны был Николай Патрушев, в ту пору глава ФСБ. Изместьеву предложили съехать, от чего борзый сенатор по наивности отказался. Изместьев, впрочем, понимал, что тучи над ним сгущаются, и на всякий случай уехал жить в Лондон, где, как многие путинские патриоты, приобрел дорогую недвижимость. В 2007 году его обманом выманили (этот трюк Золотову неизменно удается) в Кыргызстан, куда за ним прилетел спецназ ФСБ. Сенатора скрутили и доставили в Москву, где быстро и с нарушением процессуальных норм приговорили к пожизненному заключению. На суде Изместьеву вменили не только денежные махинации, но и организацию убийств. Если убийства такая же правда, как и коррупция, получается, что кровавые преступления сенатора не волновали российские власти до тех пор, пока тот не перешел дорогу Золотову. Реквизируя у арестованного Изместьева участок, ФСО сначала лицемерно сообщила, что дом будет снесен608. Но ничуть не бывало. Он и сейчас стоит, красивый и просторный, по документам оформленный на кремлевское управление по обслуживанию высших органов власти. Это ведомство отвечает за царский быт. Кто квартирует в особняке, за который человека упекли в тюрьму до самой смерти, неизвестно. Но местный житель обозначил дом на публичной карте как «дачу Мурова»609.
Как известно, Николая Власика, многолетнего главного телохранителя Иосифа Сталина, однажды обвинили в том, что во время Потсдамской конференции в поверженной Германии он отобрал у местных и вывез в СССР быка, трех телок и пару лошадей. Времена и масштаб обогащения охранников поменялись, но суть осталась прежней.
Конечно, причина впечатляющего взлета Золотова состоит не в его профессионализме или расчетливом уме. Истинная подоплека золотовского успеха — в особом устройстве путинского двора, где близость к вождю определяет едва ли не всё (и уж точно всё, если босс с охранником еще и вместе ездят к любовницам). По выражению Дюмина, охрана — это «каста избранных»610. Как выглядит роль «избранных» при Путине? Адъютанты не только прикрывают главу государства, если вдруг заметят стрелка на крыше (чего, кстати, ни разу не было, хотя кремлевская пропаганда и утверждала как минимум о двух сорванных покушениях на Путина). Главная функция Золотова, Дюмина, Климентьева и им подобных — регулирование доступа к президенту. По меньшей мере двое крупных бизнесменов рассказывали нам611, что, желая попасть на аудиенцию к царю, они связывались именно с Золотовым. Говорят, временный президент Дмитрий Медведев поначалу очень удивился, узнав, что просьбы о приеме важных посетителей поступают не в его секретариат, а Золотову. Запала Медведева хватило, правда, лишь на то, чтобы передоверить это право своему адъютанту, такому же сотруднику СБП Михаилу Михееву.