Православные лоббисты, оказавшиеся ушлыми дельцами. Друзья-евреи, промышляющие рейдерством. Священники-корыстолюбцы. Во что они все-таки верят, на что уповают в те минуты, когда остаются наедине с собой? А сам Путин — во что он верит по-настоящему? И во что верит его страна спустя десятилетия лицемерной религиозности?
Отчасти ответ на эти вопросы дает то время, когда офицер КГБ Путин вернулся из Германии в СССР, — пик перестройки, рубеж 80-х и 90-х. Вечерний быт многих советских, а потом российских семей тех лет — все сидят перед телевизором, выстроив у экрана банки с водой, тюбики с кремом и зубной пастой. На экране — седовласый мужчина в очках. «Акцент в нашей сегодняшней встрече будет сделан на заболеваниях желудочно-кишечного тракта», — говорит он хорошо поставленным голосом. Надо расслабиться, закрыть глаза и приготовить те самые банки с водой, крем и пасту, говорит мужчина. Зачем? Говорящий поясняет: «Все это будет заряжено и будет вам помогать». На этой фразе он замолкает и в течение 15 минут в полной тишине машет руками. Это называлось «делать пассы».
На седьмом десятке существования Советского Союза его граждане настолько устали от неустроенности жизни и повсеместного дефицита, что ждали чуда. Но не от властей, которым перестали доверять, и не от Бога — в него, как мы говорили выше, запрещали верить все предыдущие 70 лет. В итоге люди поверили в чепуху, далекую как от религии, так и от здравого смысла.
«Заряжать» банки с водой начал Аллан Чумак, бывший спортивный комментатор — отсюда хорошо поставленный голос. Работая на телевидении, он планировал бороться с целителями-шарлатанами, но внезапно, по собственным словам, почувствовал в себе некую силу. Она в итоге превратила в шарлатана самого Чумака. За его «пассами» стоял нехитрый деловой расчет: средств по уходу за кожей, да и обычных лекарств в стране катастрофически не хватало. Поэтому, когда в продажу поступили заряженные Чумаком кремы и вода, на них появился немалый спрос.
Но еще большим спросом в стране пользовались сами «продавцы чуда». Почти одновременно с Чумаком взошла звезда еще одного теле-целителя — это короткостриженый, спортивно сложенный брюнет с южным акцентом, бывший врач украинской психбольницы Анатолий Кашпировский. Он не делал пассов — он исподлобья смотрел на людей пристальным взглядом, был немногословным и суровым в общении с «пациентами». Кашпировский захватил не только телеэфир, он собирал и огромные зрительные залы. Там играла музыка, а Кашпировский гипнотизировал.
«Вот я сейчас сказал: „Прошло заикание“. Если бы мы увидели, сколько сотен людей сию же секунду освободились от этого недуга, мы бы все плакали. Если бы мы увидели сотни пальцев, которые зашевелились у многих парализованных… если бы мы видели. Я уверен в колоссальнейшем эффекте наших встреч», — с напором говорил он146.
Зрители в этот момент засыпали, крутили головами, кто-то интенсивно размахивал руками. На одном из сеансов больная женщина внезапно побежала к сцене, отбросив костыли. Шоу Кашпировского напоминало выступления американских телепроповедников, но зрители об этом не знали — такого феномена в СССР и в России просто не существовало. К тому же было одно ключевое отличие: в том лечении, которое прописывали Чумак и Кашпировский, напрочь отсутствовал Бог.
Не надо думать, что в Чумака, Кашпировского и подобных им деятелей верил только простой народ. Когда Советский Союз рухнул, Кашпировский стал депутатом парламента. Когда в 1995 году чеченские боевики во главе с полевым командиром Шамилем Басаевым захватили в городке Буденновске более тысячи заложников, гипнотизера включили в число переговорщиков. То есть он выглядел подходящей фигурой и для светских правителей в Москве, и для исламского фундаменталиста Басаева. Потом участники переговоров будут вспоминать, что Кашпировский пытался загипнотизировать террористов, но покинул Буденновск после того, как ему позвонил тогдашний директор ФСБ Сергей Степашин. В итоге большинство людей освободят, что Кашпировский будет приписывать и своим талантам147.
Если бы шарлатаны гнездились только в парламенте, было бы еще полбеды. Но они занимали и куда более ответственные посты. В начале 90-х в Кремле появился «Звездочет» — это неслучайная кличка первого замначальника Службы безопасности президента Георгия Рогозина, который увлекался астрологией, гипнозом и даже, согласно его собственному утверждению, мог внушением погружать людей в прошлое, эдак на 135 тысяч лет назад, в период неандертальцев148. К концу первого ельцинского срока влияние Звездочета в Кремле было так велико, что сотрудников президентской охраны отбирали в зависимости от фазы Луны, а к главе государства якобы приставили сотрудников, способных «отгонять злых духов» (что это были за спецагенты и были ли вообще, осталось непонятно)149.