Для всех окружающих он был Царь всех птиц. Жил он в своем собственном, обособленном от других мире, где, по-видимому, происходило много разных событий. Нельзя сказать, что он совсем не пускал окружающих в этот свой мир, он пытался, но его никто не понимал – ни больные, ни врачи с медсестрами. Ходил Царь всех птиц всегда в короне, которую делал из серебряной бумаги и украшал птичьими перьями, которые собирал во время прогулок. Периодически с него эту корону снимали – под ней иногда находили вшей, но каждый раз, на следующий день, корона, украшенная птичьими перьями, оказывалась на своем месте. Еще Царь всех птиц рисовал деньги. Для этих целей использовалась любая бумага, которая попадалась ему под руку – газеты, страницы из книг, пачки из-под сигарет. Купюры всегда были огромного достоинства – сколько влезало нулей на бумагу. Сверху было написано: «Кремль, Царь». Он охотно дарил эти деньги окружающим, особенно любил студентов и интернов, для него они были новыми людьми. Разговаривать с ним было трудно, его умственные построения соответствовали собственным логическим законам, которые ничего общего не имели с логическими построениями окружавших его людей. Речь его напоминала «словесную окрошку», где, на взгляд, собеседника логика отсутствовала вовсе. Иногда Царь всех птиц подходил к кому-нибудь из студентов, совал ему свои деньги и просил: «Купи колбаски по три рубля». Когда ему объясняли, что колбаски по три рубля уже нет, он не понял.
В целом, можно сказать, что Царь всех птиц, был милым, добродушным и безобидным малым. Его уже давно должны были перевести в интернат, но не трогали, т.к. очень удобно было демонстрировать его студентам в качестве наглядного примера исхода шизофрении.
Это только люди далекие от психиатрии думают, что в больнице в каждой палате сидит Наполеон, а на деле это бывает редко.
Так и проходила его дни в одиночестве, рисовании денег и постоянных разговорах с самим собой. Царь всех птиц выглядел человеком счастливым.
Однажды, когда он лежал в больнице уже много лет, неожиданно для всех, пришла его жена. Это была интересная женщина лет 50, хорошо одетая и ухоженная. Она пришла в ординаторскую к его тогдашнему лечащему врачу (на своем веку он сменил их не менее десятка) и сообщила, что их единственный сын погиб в автокатастрофе.
Зачем она, собственно, пришла в больницу, она не могла объяснить даже себе. Родственникам она говорила, что обязана сказать отцу о смерти сына. Муж заболел много лет назад. Они учились в одном классе, поженились совсем молодыми после его возвращения из армии. Жили «как все»: он работал на заводе, она училась в институте, окончив его, стала бухгалтером. Родился сын. Все было хорошо, пока он не заболел.
Случилось это лет через 5 после свадьбы, сын уже родился. Сначала болезнь приходила 1-2 раза в год, но он возвращался домой и даже первые годы на работу. Потом, безумие перестало его отпускать, и он ушел в другую реальность настолько, что окончательно перестал замечать их с сыном мир. Сначала жена навещала его, но со временем обнаружила, что ему все равно, есть она на свете или нет, и перестала приходить совсем. Царь всех птиц этого действительно не заметил. Она вырастила сына, он окончил институт, получил хорошую работу, женился, родилась дочь. И вот теперь его больше нет.
Врач проводил ее в отделение, позвал пациента в столовую, чтобы им никто не мешал. Она сразу пожалела о том, что пришла. Перед ней сидел практически незнакомый человек, худой, неряшливый, с нездешним лицом и, что ее особенно поразило, в какой-то дурацкой короне с птичьими перьями. Он все время улыбался и что-то бормотал. «Витя! Наш сын умер» – сказала он и заплакала. Царь всех птиц на минуту перестал бормотать, посмотрел на нее, в лице, однако, у него ничего не изменилось. Он протянул своей бывшей жене нарисованные деньги и попросил: «Купи мне колбаски по три рубля, милая», после чего, встал и вышел из столовой.
Она вернулась в ординаторскую, попросила раздать больным принесенные конфеты и печенье: «пусть все помянут сына» и ушла. Больше она никогда не приходила.
РАЗОРВАННЫЙ КРУГ
