- Командир первой вспомогательной кавалерийской схолы третьего легиона Лава Быстрый. – Зафиксировав паузу, но не давая реальной возможности вставить хоть слово, сотник продолжил.
- Схола вчера вечером вернулась из рейда. Преследовали бегущих сардийцев. Сам великий логофет императорского двора Варсаний Сцинарион дал нам день отдыха и приказал дословно: «Молодцы венды, можете нажраться в хлам». Что мы в точности и выполнили.
Клавдий Агриппа поморщился, скрежетнув зубами. Мысли одна мрачнее другой бились в черепной коробке, грозя расколоть ее как орех:
- Поганый день. Поганый с самого утра. Варсаний, грязный ублюдок, боже, как я ненавижу этого плебея… Отправить мою кавалерию в рейд, даже не уведомив меня, это неслыханно. Нельзя допустить, чтобы об этом узнали. Моя схола шлялась где-то две недели, а я даже не знал об этом. Никто не должен об этом узнать. Варвар ударил моего комита, но если я его арестую, вся армия узнает подробности. Сплетен не избежать. Агриппа потерял свою кавалерию. Позор!! Потом, разрешение логофета, ссориться с Варсанием сейчас нельзя. Никак нельзя, он сейчас силен, как никогда.
Молчание затягивалось. Все напряженно всматривались в помертвевшее лицо легата, даже рыжий детина, вставший на ноги, мрачно смотрел ему в глаза. Клавдий лихорадочно искал выход, но в голову лезла лишь полная хрень:
- Господи, какой он огромный, этот рыжий. Сотник, крепкий мужик, а рядом с ним как подросток. Что же делать? Вспомнились слова отца – Если не знаешь, что сказать - не говори ничего. Нет слова, нет дела. – И его довольный смех после этого.
Видимо последняя мысль принесла решение, и легат, не произнеся ни единого слова, с каменным лицом, впечатывая в землю каждый шаг, прошел мимо варваров и двинулся дальше, в сторону белых палаток имперской пехоты. Свита также в полной тишине поплелась следом. Комит первой когорты, из уха которого тоненькой струйкой сочилась кровь, все еще буравил испепеляющим взглядом Лаву, но прославленная железная дисциплина имперской пехоты все же взяла верх, и он, сняв руку с рукояти меча и понурив голову, зашагал вслед остальным.
- Хороший удар, Лава. Помнишь года два назад на празднике весны, ты таким же ударом свалил на спор годовалого бычка? – Ранди провел рукой по ребрам и поморщился. – И откуда у людей столько злобы?
- Видать, Кот, головой тебя хорошо приложили, смотри, куда тебя понесло, вопросы умные стал задавать. Может тебя в сортир поразмышлять отправить, ты там заодно и дерьмо все вычерпаешь? - Лава задумчиво ухмыльнулся. - А удар, да, знатный тогда получился.
Насладиться воспоминаниями им не пришлось. Внезапно по всему лагерю трубы запели «общий сбор».
- Не знаешь к чему столько шума? – Спрашивая, сотник и не думал получить вразумительный ответ.
Ранди же никакого ответа давать и не собирался, а лишь равнодушно пожал плечами.
- Что-то мы с тобой, брат, явно пропустили. – Лава перестал надеяться, что трубы заткнутся. – Ну и что ты стоишь. Давай «мухой», седлай сотню.
Сотник, для ускорения, отвесил полноценного «леща» своему неадекватному подчиненному. Кот неодобрительно посмотрел вниз на своего командира, но дожидаться продолжения не стал и бодренько потрусил к палаткам сотни.
…
Лава, верхом на своей любимой кобыле, занял положенное ему место справа от выстроенной квадратом сотни. Рядом стояли такие же квадраты гавелинов и фаргов. Напротив выстроились железные шеренги имперских легионов. Трубы отгремели. Пророкотали барабаны. Трибуны отсчитали удары, ровно на триста одиннадцатом идеальные линии туринских когорт были выстроены. Конница, конечно, припозднилась, за что была награждена презрительными взглядами.
- Варвары есть варвары. Что с них возьмешь.
Лава Быстрый давно уже на это не обижался. Наоборот. Когда его бойцы жаловались на чванство легионеров, он с усмешкой говаривал:
- Вы видели этих ребят в бою? Когда научитесь воевать, так как они, тогда тоже сможете себе позволить глядеть на других свысока.
Войска давно уже томились в ожидании. Стоял самый разгар дня, и солнце палило немилосердно. Броня раскалилась, а пот из-под шлемов заливал глаза.
- По всему видать, завтра штурм. – Пробормотал еле слышно Лава.
Стоящий рядом Кот все же услышал.
- Ну и ладно. Не наше это дело. Пусть пехота разомнется, а то вон ряхи какие наели.
- Так-то оно так, да всяко бывает. – Не торопился соглашаться сотник.
