- Хорошо. – Лава встал и подошел к линии. Он знал, обратного пути не будет, с этого момента он будет видеть то, что превратит его жизнь в кошмар. А может и не только жизнь. Сидеть за столом великого Оллердана, во дворце павших, ему уж точно теперь не придется.
Лава сделал шаг. Линия пропала. Туман расползся по углам. Черная кошка, облизнувшись, скользнула в угол и растворилась в темноте. Сотник огляделся, все бойцы спали, но лежали как-то странно, словно упали и заснули в одночасье. Туман заклубился, поднимаясь к потолку, видимость раздвинулась, и Лава увидел Сороку. Юноша шел с закрытыми глазами, осторожно переставляя ноги. Страшный, искалеченный старик вел его за руку. Они вместе подошли к двери, Сава взялся двумя руками за тяжеленный затвор.
- Нет! – Заорал, что есть сил Лава, но Сорока не слышал.
Старик обернулся на крик и обнажил беззубые десны. Лава рванулся к двери. Он успел в последний момент. За дверью ждали и давили из всех сил. Еще мгновение и было бы поздно. Лава, двумя руками, всадил запор обратно в пазы. Старик пропал. Сава непонимающе хлопал глазами.
- Что случилось? – Сорока вдруг рухнул на землю. Ноги стали как ватные и не слушались.
- Ничего, сейчас отойдешь. Потерпи. – Лава понял. Саву держал призрак - старик исчез, и парень упал.
Лава смотрел на пытающегося совладать со своими конечностями Саву.
Ишь глазища то перепуганные. Нет, объяснять ничего не буду, только испугается еще больше. И уже во весь голос. – Ходил ты во сне. Вот лбом и приложился.
- Давай поднимайся и буди остальных. Время пришло. – Сотник решил, что тянуть дольше опасно, мало ли какие еще напасти в загашнике у горожан.
С того момента, как подняли одну плиту, стояла полная тишина. Лава заранее предупредил всех - ни звука, ни шороха, дышать и то через раз. Внизу стояла охрана. Сколько, не видно, но чуткое ухо сотника выделяло пять голосов. Щель между балками оказалось не столь широка, как хотелось. Пролезть в броне невозможно. Поэтому все разделись заранее, обмазались маслом и сажей, и теперь стояли похожие на два десятка чертей. В руках только мечи и сабли, никакого другого оружия. Лава запретил. Все решает скорость, ничего лишнего в руках, ничего, что может зацепиться, не вовремя упасть, задержать. Вторую плиту поднимали очень аккуратно, не дыша, но песок все же посыпался и маленький камушек звонко заскакал по каменному полу.
- Ты слышал? – Раздался голос снизу. – Шум странный.
- Ну, сходи, посмотри. – Второй более низкий и вальяжный явно принадлежал старшему.
- Да, че-то боязно мне одному-то.
- Фарух, сходи с молодым, посмотрите че там.
Венды застыли, светлое пятно факела приближалось. Все знали, первый идет сотник, остальные за ним по одному.
Фарух шел первым, светя факелом себе под ноги, молодой за ним. Если бы они хоть раз взглянули наверх, то, наверное, у них была бы другая судьба. Лава упал перед Фарухом, как черный демон ада, только почему-то сверху. Горожанин не успел даже вскрикнуть, сабля пронзила сердце. Факел упал и потух под ногой венда. Молодой, с огромными, от ужаса глазами и разинутым ртом, не пытался ни бежать, ни защищаться. Ударить так же как и первого не получалось, и Лава рубанул с плеча. Брызнула кровь, горец захрипел и осел на землю. Рядом приземлился еще венд, но не так удачно, как командир, он вскрикнул и упал, держась за ногу. Лава этого не видел, он мчался к тому месту, где освещаемые факелами остались еще трое. Он был уже рядом, когда началось.
- Тревога! Варвары! – Один из троих бросился через площадь в город.
Оставшимся повезло меньше, с факелами в руках, они были как на ладони. Лава же в темноте, вымазанный сажей был едва различим. Может быть в другой ситуации, при свете дня, эти ребята продержались бы дольше, но там, в темноте, они успели увидеть только взмах сабли. Подбежал Ранди.
- Все внизу. Открываем ворота. Один подвернул ногу.
С главной улицы все явственней слышался шум бегущих людей. Лава развернулся.
- Уходим.
На площадь вырвался большой отряд горожан, они бежали изо всех сил, размахивая мечами и копьями. Лава и Кот неслись по проходу. В приоткрытые створки ворот виднелся круглый диск луны. Заскрипела мостовая цепь.
- Бросайте мост и прыгайте в ров. – Заорал Лава. – Прыгайте и уходите по одному.
Венды, оставив ворот моста, выскакивали за ворота и прыгали в ров. Сзади слышался рев толпы. С башни и со стен по обе стороны защелкали луки и арбалеты. Лава подхватил сидящего у стены Сороку и закинул на плечо.
- Что ж ты такой невезучий то. Ну, терпи теперь.
С этими словами Лава сиганул вниз. Парень у него на плече орал как резаный, рядом катился кубарем Ранди. Все ободрались до крови, пока достигли дна. Сава затих, потеряв сознание. Лава огляделся и увидел своих, уже лезущих по склону наверх. Луна светила так, как будто она ненавидела вендов. Ребята были как на ладони. Стрелы сыпались густо. Вот сорвался один, второй, третий.
- Черт! – Выругался сотник.
Вылезти изо рва оказалось не менее проблематично, чем в него попасть. Рядом скатился еще кто-то.
