- Тихо, тихо. – Сотник успокоил своих бойцов. – Рано пока радоваться. Начнем на исходе ночи. Сейчас опасно. Услышат подозрительную возню, поднимут тревогу.
В башне опять стояла мертвая тишина. Венды кемарили в полной темноте. Свет не проникал в помещение, о времени судил Лава по своим, одному ему понятным часам. Он сидел на полу, опершись спиной о стену. Нужно было успокоиться, все хорошенько продумать. Погубить могла любая мелочь. Лава старался, но сосредоточиться не удавалось, в голову лезла всякая ерунда: обрывки разных фраз, картинки из прошлого. Почему-то вспомнилась Лирина, ее абсолютно белые волосы и бесцветные, нечеловеческие глаза. Он прикрыл глаза, и увидел себя десятилетним пацаном. Вместе с ним - его брат, сестра, еще много других детей, чуть в стороне женщины. Все они пленники. Рядом громко спорят их хозяева, тонгры, такие же светловолосые и белоглазые, как и Лирина. Тонгры напали на городище внезапно, набега не ждали. Была пора большой охоты, поэтому мужчин было мало. Они это знали и не боялись, окружили городище и шли цепью, что бы никто ни сбежал. Весь живой товар согнали на невольничий рынок у большой реки. Детей, чтобы не разбежались, затолкали в клетки. Каждый день кого-то забирали, так забрали сестру, потом брата, пока в один из дней, он не остался один. Маленький человечек, забившийся от ужаса в самый дальний угол клетки.
Время торга заканчивалось, покупатели с юга торопились уйти до холодов. Тонгры тоже засобирались к своим стойбищам. Тащить с собой непроданного мальчишку-венда никому не хотелось. Скорее всего, его прирезали бы или утопили, если бы в один из дней не появилась Лирина. Она посмотрела на перепуганного юнца своими нечеловеческими глазами и сказала.
- Этого я забираю себе.
Спорить с ведьмой дураков не нашлось. Так Лава оказался в пещере самой знаменитой ведьмы тонгрийских лесов. Сначала было страшно, он пытался бежать, но каждый раз, блуждая по лесу, он выходил обратно к пещере. Лирина смеялась.
- Не получилось. Ничего, попробуешь в следующий раз, но прежде чем бегать по лесу, ты должен… - Следовал длиннющий список домашних работ. – За это спрошу строго.
Шли годы. Мальчишка вырос. Юный мужчина превратился в отличного охотника, в следопыта, воина, в кого угодно, но только не в колдуна. Лирина злилась. Лава не видел эманации духов, не мог пересечь черту потустороннего мира - темная сторона не принимала его.
- Ты слишком земной, мой мальчик. Я ошиблась – Так сказала она ему в один из дней. – Уходи, я не могу тратить на тебя свое время.
Лава обиделся. Он привык к этой женщине. Столько лет, охотился для нее, готовил еду, помогал во всем, защищал. Хотя нет, защищать ее было не надо, никто не заходил в ее пещеру - ни дикие звери, ни лихие люди. Тогда он не понял ее, ушел с обидой в сердце. Сейчас понимает, она должна была подготовить себе смену и время поджимало. Так приказал тот, кому она беззаветно служила и не могла ослушаться.
Много повидал Лава на своем пути и не раз, когда жизнь его висела на волоске, кто-то, словно бы прикрывал его, нашептывал ему верные решения. Он не знал зачем могущественная колдунья спасла его тогда мальчишкой. Почему продолжает защищать, но чувствовал, что когда-нибудь за все придется заплатить, и цена будет высока.
Тишина становилась такой густой, что закладывала уши, тяжесть давила на веки, сон кружил Лаву, окутывая словно мягкое, нежное облако. Глаза закрылись, ватное облако подхватило его, кружа и укачивая, как младенца.
Сначала появился голос, глухой и скрипучий, он никогда ему не нравился. Затем лицо. Бесцветные глаза смотрели в самую сущность Лавы. Наконец, плотная, молочная пелена разорвалась, и бестелесная женщина, проскользнув, присела рядом с ним.
- Лирина. – Губы Лавы растянулись в улыбке. – Кто сейчас стирает твои белоснежные платья?
- Неважно. – Глаза призрака, в отличие от голоса смотрели все также холодно и равнодушно. – Кто бы ни делал, он это делает лучше, чем ты. Тебе это никогда не удавалось.
- Я старался.
- Я знаю. – Лирина положила миниатюрную ладонь на глаза венду. – Посмотри. Что ты видишь?
- Ничего. – Перед глазами Лавы стелился лишь грязно-серый туман.
- Посмотри внимательно. Напрягись. Это очень важно. – В голосе призрака звучала тревога. – Я знаю ты другой, но ради своих ребят. Видишь черту. Черная линия на полу. Перешагни ее, или все умрут.
Вот и была цена. Вдруг явственно осознал Лава. Она берегла его для этого момента. Он не совсем потерян - он видит жирную, черную полосу, пересекающую комнату.
- Перешагни ее и ты всех спасешь. – Лирина почти кричала. – Торопись!
Ведьма провела рукой, и туман рассеялся. Лава увидел своих бойцов. Все безмятежно спали, вытянувшись или свернувшись калачиком. Дикий Кот, подложив под голову сапог сладко похрапывал.
- Или так. – Она махнула рукой в другую сторону. Картинка изменилась. Вместо спящих на полу валялись изуродованные трупы. Весь пол залит кровью. Страшные колотые раны. Разбитые головы и отсеченные руки. Видно было, что рубили и кололи в спешке, в темноте куда придется и как придется.
