Ему казалось, что скоро он уже наизусть ее выучит, но книга словно магнитом притягивала. Ругая себя за маниакальное желание, Сергей уселся под торшером – пригодился наконец, – достал заранее припасенную лупу и принялся просматривать страницу за страницей.
В какой-то момент он представил, как выглядит со стороны. Здоровый небритый мужик с умным видом сосредоточенно пялится в книжонку с псалмами и от усердия потеет, как в бане.
Хохотнув, Сергей выпрямился и потер спину. Ноет, собака! Коньяку, что ли, выпить?
Он уж было собрался так и сделать, но передумал и снова склонился над книжицей.
Когда она проснулась, Сергея уже не было.
По привычке Саша собралась на работу и спохватилась только перед дверью.
Черт, она же обещала никуда не выходить! И зачем только? Сидеть взаперти в чужом доме, дожидаясь возвращения хозяина, как верный пес?
Словно услышав ее мысли, из коридора показался Чингу.
Как же она забыла! Ей же собаку оставили! Вернее, ее оставили собаке!
– Пойдем погуляем, что ли, – вздохнула она, поднимаясь.
Чингу с готовностью поскакал вниз.
Выйдя на свежий воздух, Саша позвонила Олегу.
Ответил он только после шестого или седьмого гудка. Странно.
– Милый, прости, мне срочно пришлось в Москву уехать, – затараторила Саша. – Проблемы с поставщиком. Скоро вернусь, не сердись.
Его молчание длилось так долго, что она испугалась.
– Олег? Что-нибудь случилось?
– Ничего, просто не могу сейчас говорить. Перезвоню.
Он отключился.
От недоумения Саша наступила на поводок, оступилась и чуть не упала.
Это что вообще было? Жених так разговаривает с невестой накануне свадьбы? Обиделся? На что? Неужели правда так занят?
В раздумьях о странностях поведения Горячева Саша прошлась вокруг дома и, не найдя достойных объяснений, позвонила Разбегову.
Не получилось с приятным, займется полезным.
Однако сегодня ей решительно не везло.
Телефон Савелия Игоревича был отключен.
То, что не могла дозвониться до Разбегова, ее огорчило, хотя в этом как раз ничего странного не было. Экзамены закончились, и страдальцы-преподаватели потихоньку разбрелись по дачам и огородам, а кто и по теплым морям. Приходить в себя. Что касается Разбегова, так он вообще человек старый и больной. Сидит, наверное, в каком-нибудь Простоквашино и квасок попивает.
Ей бы тоже хотелось квасок попивать, но дела не ждут. Ими она и займется.
В этот и два последующих после отъезда Сергея дня Саша сидела с мобильником у уха и уставала больше, чем обычно. О том, чтобы заняться чем-то еще, не могло быть и речи. Непростое это дело – телефонный менеджмент.
Время, чтобы поломать голову над мучившей все больше загадкой, появилось только в пятницу после обеда.
Заготовив для долгого бдения вазочку с печеньками и намолов побольше кофе, Саша уселась за компьютер и неожиданно почувствовала легкое возбуждение. Вот так она когда-то сидела каждый божий день. Искала, собирала и просеивала информацию. Тогда ей казалось, что нет несчастнее человека, чем замученная наукой студентка. Как же давно это было! И как она была счастлива!
Стоило большого труда отогнать ненужные мысли и сосредоточиться на том, что собиралась сделать.
Саша включила старательного исследователя и стала думать.
Итак, у них есть загадочное слово «Кост», которое они расшифровали как «Кострома», и непонятный набор цифр. Зададим вопросы на понимание. Их, собственно, пока всего два: что означают цифры и как они связаны с Костромой.
Саша хмыкнула. Такие простенькие на вид вопросики, а попробуй подступись. Хотя бы к одному.
Чеченец обещал проверить псалтирь. Что-то насчет строчек сверху, снизу, вдоль и поперек. Идея в самом деле лежит на поверхности, только непонятно, что он собирается найти на пересечении. Хотя тут вроде бы все ясно. Какое-то слово или набор слов, дающие ключ к загадке. Или делающие ее – что тоже не исключено – еще более сложной.
Может, и так, но это лучше, чем ничего не делать. Чеченец, кстати, молодец. Старается. Свободного времени у него еще меньше, чем у нее, да и с подобными делами он вряд ли когда-нибудь сталкивался, зато мотивация более сильная. Все-таки Кузнецов – его родственник.
Саша откусила от рассыпчатого печенья с капелькой повидла в серединке и неожиданно подумала: если его интерес понятен и оправдан, то с ее рвением все не так очевидно. Что, собственно, ей надо? Узнать, кто и почему убил Ивана Ильича, или разгадать тайну исчезнувшего царского подарка?
Если первое, то тут шансов ноль. Она не следователь и своими дилетантскими потугами только хуже сделает, причем себе. А если второе, то даже Разбегов сомневается, что речь идет о той самой книге.
Хотя… это его стремительное «отступничество» от собственной версии выглядит подозрительно.
Саша дожевала печенье и поняла, что хочет пить.
Кофе поднялся шапкой, она вылила его в чашку, втянула в себя душистый пар и решила, что о непонятном поведении Разбегова подумает на досуге и в светлое время суток, а сейчас займется чем-то более полезным.
