Вокруг валялось семь волшебников. Было тут какое-то магическое оборудование, что-то алхимическое, какие-то огромные колбы с пернатыми существами внутри. Большими такими, с крупную собаку размером. Всё это выглядело неприятно.
Мебели было много — всё для комфорта. Вокруг одного из диванчиков даже стояли горшки с какими-то здоровыми фикусами, но мне всё это было неинтересно. Мне и духу, что летал вокруг моей руки.
Не теряя времени, я подошёл к огромной иссушенной туше неведомой птицы. Непонятно, какого цвета были перья — они выглядят грязными, потрёпанными и вообще, ужасно. Когда я приблизился, дух потянулся к гигантскому телу. Похоже, это его тело. Что же…
Коснувшись ладонью перьев, прижал её плотнее, пытаясь продавить до тела, но это было сложно. Помимо того, что перья сами по себе очень плотные, так ещё и тело за ними непонятно, где прячется. Но я справился, утопив в итоге руку по локоть. Какая же здоровая тварь… Мне даже не с чем сравнить её габариты. Можно представить кучу слонов, свалившихся вместе — примерно такой объём.
Сосредоточившись, начал вырабатывать, если так можно сказать, энергию жизни, тут же направляя её в тело без всякого предварительного формирования. Единственный мысленный посыл, который я вкладывал, был: «Приведи животное в форму. Восполни его ресурсы».
Время шло. Я волновался. Из-за этого волнения в ушах отстукивал ритмы мой собственный пульс.
Тук-тук.
Под рукой я ощутил явственную пульсацию. Оживает.
Влив ещё некий максимум, который смог сознательно создать и пропустить через тело, я отстранился. Я даже не заметил, как летавший со мной дух исчез. Но проблема была в другом — сработали какие-то сигнальные чары. Вся палатка заполнилась резким звоном. Игнорируя наведённый мною сон, волшебники начали вяло пытаться прийти в себя. Взмахнув палочкой, я начал одно за другим кидать в цепи Бомбарды, разрывая их. Полутруп задёргался, зашевелился, а разошедшаяся от него волна нейтральной магии с какой-то примесью, заставили уважительно кивнуть. Кивнуть, развернуться, и бежать.
Выбежав за полог шатра, схватил за руку ничего не понимающую Гермиону, и сказал всего одно слово:
— Валим.
Задул мощный ветер прямо в лицо, почти остановив наш бег, но тут же сменил направление, опрокинув. Мы быстро поднялись. Погода испортилась мгновенно, а ветер гудел так, что можно было оглохнуть. Мы с Гермионой бежали до подлеска.
Воздух содрогнулся от грома. Ещё раз, ещё и ещё. Частота грома становилась абсурдна, а во внезапно накативших тучах всё чаще и ярче сверкали молнии. За спиной послышался заглушённый звук рвущейся во многих местах ткани, какой-то низкий хлопок.
Мы добрались до подлеска.
С неба полил проливной косой дождь. Сверкали молнии. Казалось, будто крикнула какая-то хищная птица. Мы с Гермионой прильнули к земле за небольшим бугром, обернувшись на шатёр — а нет шатра. На его месте, с опущенными к земле огромными крыльями, коих было аж несколько пар, привалилась огромная птица, терзая что-то клювом. Миг, и огромный хвост, отнюдь не птичий, а как у рептилий, только в перьях, хлестнул волшебника, переломав того в хлам.
По телу животного периодически бегали мощные разряды. Парочка попала в волшебников, превращая тех в дымные бегающие факелы. Один из волшебников превратился в чёрный дым и попытался скрыться на фоне бушующей непогоды и чёрного неба, но по телу животного пробежала молния, хлестнула разрядом по дыму и превратила в пепел, оглушая нас хлёстким и чертовски громким щелчком.
Я был заворожён этим зрелищем, и даже сильный ветер и хлёсткие капли проливного дождя не могли оторвать меня от созерцания. Только Гермиона потянула меня за руку.
— Валим отсюда! — она, вся насквозь промокшая, вполне успешно перекрикивала непогоду.
Мы не стали дожидаться развязки. Освещая Лю́мосами дорогу по лесу, бежали в сторону дороги, откуда пришли. Где-то там, за спиной, хлестали молнии, хлестали в небе над головой, ветер до скрипа раскачивал деревья, подгоняя нас в спину, а капли холодного дождя мешали смотреть под ноги.
Не знаю как, но мы добрались до дороги, тут же проголосовав палочками. Асфальт был сплошь покрыт ручьями.
Ночной Рыцарь появился внезапно, взметнув стену воды. Высунувшийся из двери кондуктор глядел с опаской, а признав нас, заговорил на своём ломаном английском.
— Заходить скорее!
Мы не стали заставлять его ждать, забрались в автобус, а кондуктор оказался столь любезен, что высушил нас чарами.
— Обр-ратно, моя полагать?
— Да, — кивнул я, упав на сиденье.
Автобус резко тронулся с места.
— Нет, ну вы видать такое у себя в Англия, или откуда вы? Я вам так скажу, — кондуктор глядел в окно, по которому горизонтально текли с огромной скоростью капли дождя. — Где попало Гр-ром-Птица не летает.
До отеля мы добрались быстро. Расплатившись, покинули автобус и попрощались с кондуктором. Здесь, в сорока километрах от места действия, погода была получше, но глянув туда, на запад, можно было увидеть зарево множества молний.
— Птица-Гром? — спросила вдруг Гермиона. — Я там чуть со страху не померла!
