— …они ошшень кгепкие, — акцент мадам Максим слегка резал слух, но язык был академически грамотным.
— О, уж поверьте, — ухмыльнулся в бороду Дамблдор, который, пусть и являлся высоким, сильно уступал мадам Максим в росте, — кому-кому, а Хагриду эта работёнка по плечу.
— Ошшень хогошо! — мадам Максим слегка поклонилась. — Но передайте, пожалуйста, месье Агри́ду, что пьют мои кони только ячменный виски.
— Всенепременно, — поклонился в ответ Дамблдор.
— Следуйте за мной, — мадам Максим махнула своим ученикам и направилась в замок.
Как только они отошли на приличное расстояние, наши сразу же зашушукались, обсуждая мадам Максим и французских учеников, или же строя догадки об учениках Дурмстранга и их транспорте. Но строились эти догадки недолго — поверхность чёрного озера слегка забурлила ко всеобщему вдохновению.
— Смотрите! — на разный лад выкрикнули некоторые ученики, в основном помладше, указывая рукой на озеро.
Там, метрах в ста от берега, из воды появилась сначала мачта с этаким вороньим гнездом и одним наблюдателем, а потом, словно в лучших традициях так нравившегося мне в прошлой жизни фильма о пиратах, из-под воды всплыл большой парусный корабль — не разбираюсь в их классификации. «Часть команды — часть корабля» — вспомнилась мне фразочка из фильма. Корабль и впрямь напоминал собой некий Летучий Голландец, с чертами, словно у плавающего скелета, с призрачным огнём иллюминаторов, да и вообще, выглядел парусник сурово, таинственно и пугающе. Судно размеренно пошло к берегу.
— Не удивлюсь, — хмыкнул я, обращая внимание стоящих рядом ребят. — Что байки моряков о Летучем Голландце окажутся вполне правдивыми.
— А тебя не смущает, что он всплыл в озере? — резонно заметил Джастин, не отвлекаясь от разглядывания корабля.
— Нисколько. Магия, друг мой. Магия. Может быть, он может вот так всплыть в любом водоёме достаточных размеров?
— Хм… А ведь и вправду…
Пока мы, да и остальные, на разный лад обсуждали судно, оно уже успело чуть ли не сесть на мель у берега, сбросить якорь и опустить трап, по которому к нам двинулись десятка полтора волшебников в тёплых меховых шубах. Среди них выделялся один своей сединой и короткой бородкой, а одежды его были серебряных цветов, а не коричневых, как у остальных.
— Французам было прохладно, — заметила Ханна. — Этим будет жарко.
— Это одежда, подруга, — ухмыльнулся Эрни. — Её можно снять.
— Не может быть!
— Да что с тобой такое?
— Ничего.
Улыбка сама вылезла на моё лицо. Это всё правда забавно.
— Дамблдор! — старик в серебряных одеждах приветливо раскинул руки в стороны, идя в сторону нашего директора. — Как поживаете, любезный друг?
— Благодарю, прекрасно, профессор Каркаров.
При виде такого человека, как Игорь Каркаров, у меня возникали разные впечатления и мнения о нём. Для начала, он обладал недостаточным талантом, чтобы врать «глазами» — взгляд был острый, цепляющий любую мелочь, внимательный, и не особо счастливый, в то время как на лице была хорошая такая маска радушия. Помнится, в некоторой добытой мною информации в библиотеке Хогвартса, имя Игоря Каркарова фигурировало среди прочих преступников, фанатиков и просто последователей Тёмного Лорда, а вина его была доказана. Но потом его отпустили. Не иначе, как сдал своих. И нет, это не я такой гений, что до всего догадался, просто сделка с правосудием не является новой для меня концепцией, и лишь воистину святой или блаженный подумает: «Раз отпустили — значит невиновен». Но тема ведь интересная.
И вновь, пока я размышлял о бренности бытия, Каркаров подошёл к Дамблдору, они пожали друг другу руки, крепко тряхнув, и Каркаров оглядел всё вокруг, в том числе и замок. Директор Дурмстранга довольно улыбался, но взгляд его оставался холодным.
— Старый добрый Хогвартс. Как хорошо снова быть здесь. Помнится, пусть здесь и теплее, чем у нас, но простыть можно буквально за миг, да, Виктор?
Каркаров глянул на одного из учеников, попутно подозвав его жестом, и все мы могли узнать в этом ученике Виктора Крама. Похоже и тут его будут всевозможным образом пиарить. Ну или пиариться за его счёт.
Дамблдор предложил Каркарову и его ученикам пройти в замок, раз те так боятся простудиться, ну, а все наши шли уже вслед за ними.
— Ничего себе… — многие, в том числе и наши ребята, удивлённо обсуждали Крама. — Он ещё школьник.
— Да, Эрни, — улыбнулась Ханна. — Уж ты-то должен был это знать. Ты же, вроде как, фанат квиддича, и Крама в частности.
— Ну да… Я просто как-то забыл, что немаловажной частью его славы является то, что он ещё школьник, — повинился МакМиллан.
Вскоре мы добрались до Большого Зала и начали расходиться по своим местам. Французы уже пристроились за столом Рэйвенкло, оглядывая украшенный гербами факультетов и Хогвартса зал, а ученики из Дурмстранга, под меховыми мантиями-шубами которых проглядывала строгая форма с красными мундирами, пока ещё лишь осматривались.
— Может, стоит их пригласить? — скромно и с надеждой спросил Эрни, но в ответ получил чуть ли не синхронное отрицательное движение многих голов.
— Тебе оно надо? — озвучила общий вопрос Ханна.
