Дело в том, как я понял из обмолвок сотрудников, да и по собственным умозаключениям из бесед учеников в Хогвартсе, что такие земли не особо популярны. Точнее, вообще не пользуются нормальным спросом. Чтобы построить дом, нужны либо большой багаж знаний и сила, либо деньги, чтобы заказать постройку, и деньги немалые. Обладатели таких денег и без того имеют жильё, и новое им не нужно, а рынка именно недвижимости как такового нет в магической Англии. Те, кто обладает знаниями и мощью, зачастую обладают деньгами и жильём — та же ситуация. Те, кто может позволить себе покупку земли «на последние деньги», зачастую не обладают ни знаниями, ни мощью, ни жильём, иначе не были бы в таком плачевном состоянии.
Вот и получается, что земля под жильё — просто неликвид. Большие участки были получены министерством от Короны совершенно бесплатно в далёкие времена установления Статута о Секретности, и до сих пор не разобраны даже на две трети. Другое дело — земли для производства. Но там совсем иные критерии и требования, которые выставляет министерство перед тем, как одобрить размещение производства на таких землях. И да, переделка земель в жилых участках под производство запрещена.
Также одной из причин неликвидности таких земель является любовь волшебников к изолированному от прочих существованию. Так что мне есть из чего выбрать, но выбор буду делать позже.
Домой в итоге я вернулся лишь под вечер, буквально за час до возвращения родителей.
Гермиона к этому времени добила свою половину книг из дома на Гриммо, но не могла порадовать меня наличием в них информации об Адском Пламени. Я решил провести небольшой ликбез, пока мы ждали родителей, и рассказал об опасностях применения Тёмной Магии. Рассказал о том, как магия искажается под действием эмоций, как она виляет в итоге на незащищённое сознание волшебника, как можно «подсесть на иглу» и прочее. Помимо этого, рассказал я и о пагубном влиянии энергий, получаемых при пытках и прочих чернушных делах. Некоторое сомнение в моих словах она испытывала — не самый авторитетный источник информации в моём лице — но к сведению приняла, что похвально. Хотя заверила, что стращать её нет необходимости, ведь использовать всё это она не будет.
— Тут дело не в этом. Ты на эмоциях можешь просто жахнуть как следует, а влияние на сознание будет. Тут трещинка, там трещинка, тут себя не защитила ментально, там не защитила, и получили лёгкое сумасшествие.
— Думаешь, в этом причина того, что волшебники в целом несколько… сумасшедшие?
— Причина может быть совершенно в чём угодно, но сознание своё надо защищать. И книги тебе тут не помогут — надо с практикующим волшебником заниматься. Профессор Снейп, к слову, владеет навыками защиты и нападения в плане ментальных взаимодействий. Но просить его не стоит — откажется, без вариантов. Ещё и узнаешь о себе много нового.
— Это точно, — усмехнулась сестрёнка. — Это он может. Но что делать?
— В принципе, я могу изучить легиллименцию, и можно будет учить тебя защищать сознание от стороннего воздействия банально атакуя. Но… Это может быть очень сложно. Тут нужно изначально обладать сильным самоконтролем, а это не самый сильный твой навык.
— Это ещё почему?!
— Ты вспыхиваешь от любой искры. Гриффиндор. Вон, Снейп пытался научить Поттера. Пыткой это было для обоих, а результат… Ну, его скорее нет, чем есть.
Спорить об этом она не стала, пожав плечами. Типа, разве можно было ожидать иного результата при совместной работе Поттер-Снейп? Очевидно, что нет.
Вечером, когда родители уже вернулись, ужин был приготовлен, съеден, а разговоры выговорены, я побаловал себя чтением книг из дома Блэка и с чистой совестью отправился спать.
Утро нового дня, утро перед встречей с целителем Сметвиком и отправкой к его друзьям, кем бы они не были, для проверки меня любимого, моих навыков и знаний. Разумеется, проверки подвергнутся не навыки целительства или чего-то подобного, ибо в теории у меня их быть не должно — будет, как мне кажется, проверка меня, как волшебника в целом. Наверняка Сметвик попросит показать своё максимум, и вот тут мне стоит как следует подумать, чем себя ограничить. А ограничить придётся, ведь одно дело, когда талант восхищает, а другое — когда пугает.
Решив действовать по обстоятельствам, я оделся, как и вчера, только мантию не в рюкзак положил, а надел, как полагается. И в таком виде покинул дом за двадцать минут до полудня, отправившись на Косую Аллею, а оттуда уже в Мунго.
Целитель Сметвик ждал меня в холле госпиталя. Пациентов было немного, но по взглядам некоторых было видно, что они сидят и недоумевают, почему целитель стоит в холле, чего-то ждёт, когда они тут такие все из себя больные, страдают и ждут помощи. Правда, страдают, как мне подсказывает логика, по своей же неосторожности.
— Целитель Сметвик, — кивнул я с уважением, но без подобострастия. — Доброе утро.
— А, мистер Грейнджер, вы как раз вовремя, — улыбнулся он приветливо. — Надеюсь, вы готовы к суровым испытаниям.
— Жизнь вообще одно большое суровое испытание.
