Керль попросил у него разъяснений в отношении общей стратегической цели военной экономики Германии[1914]. Шпеер ответил на это взрывом негодования. «До крайности странно, – заявил он, – воображать, что после возвращения из ставки фюрера министр будет отчитываться <…> о политической ситуации, не говоря уже о содержании своих бесед с фюрером»[1915]. После этого Керль попросил разрешения подать в отставку, но через несколько дней получил сообщение о том, что нежелание участвовать в замыслах Шпеера будет считаться равносильным дезертирству[1916]. В течение следующих месяцев Керль и его сырьевой штаб были с соблюдением всех формальностей подчинены Министерству вооружений, где на Керля была также возложена ответственность за создание планового управления
Шпеер не ограничивался словесным устрашением своих коллег. Поскольку «оружейное чудо» являлось фундаментом его власти и поскольку пропаганды и убеждения уже явно не хватало для того, чтобы обеспечить его продолжение, Шпеер использовал все возможности репрессивного аппарата, созданного нацистским режимом. Начиная с лета 1943 г., в надежде на то, что удастся возобновить рост производства вооружений, Шпеер вступил в еще более тесный альянс с Генрихом Гиммлером. К концу июля 1943 г. Шпеер согласился на то, чтобы охрану предприятий в оружейной промышленности осуществляли С С[1917]. А 5 октября 1943 г. он подписал формальный меморандум о сотрудничестве с Гиммлером, согласно которому сеть осведомителей СД получала полномочия по ограничению гражданского производства во всей германской промышленности[1918]. По случаю заключения этого соглашения Шпеер выступил перед сотней офицеров, составлявших верхушку гестапо. На следующий день Шпеер и Гиммлер устроили демонстрацию своих партнерских отношений на ежегодном съезде гауляйтеров в конференц-зале муниципалитета Позена (ныне Познань), столицы Вартегау[1919]. Программа выступлений на б октября 1943 г. была чрезвычайно насыщенной. Помимо Шпеера и Гиммлера, на съезд прибыли адмирал Дениц, незадолго до этого вставший во главе флота, и Эрхард Мильх, а также три ключевых члена штаба Шпеера. Массовое присутствие этих важнейших представителей военной экономики, разумеется, не было случайностью. Это был просчитанный шаг, сделанный с целью ознакомить региональных вождей Нацистской партии с новой расстановкой сил в руководстве Третьего рейха.
Речь Шпеера, которую он произнес сразу же после обеда, была выдержана в резком тоне и отражала опасность военной ситуации, в которой оказалась Германия[1920]. Как заявил Шпеер гауляйтерам, цель его выступления состояла в том, чтобы «в будущем лишить вас возможности отговариваться тем, что вы не знали, с чем мы имеем дело <…> Я снова и снова получаю от тех или иных гауляйтеров предложения, которые указывают на непонимание текущей ситуации. Сейчас, в этот час, я призываю вас четко осознать, что исправить наше положение могут лишь самые жесткие меры». Шпеер напомнил слушателям о том, что всего несколькими месяцами ранее, в своем триумфальном выступлении в «Спортпаласте» он обещал наращивать производство вооружений на 15–20 % в месяц. Непрерывные налеты британских ВВС на Рур поставили крест на этих планах. «После того как начались воздушные налеты, – объяснял Шпеер, – нам удалось добиться медленного роста производства, но всего на 3–5% в месяц. Этого совершенно недостаточно»[1921]. На самом деле слова Шпеера были чрезмерно оптимистичными. Ежемесячный индекс производства вооружений не показывает никакого сколько-нибудь устойчивого прироста во второй половине 1943 г. Кроме того, Шпеер признал, что Германия отстает в смысле качества своих вооружений:
Мы пережили тот этап в истории вооружений, когда наши танки были хуже русских <…> Бесспорно то, что люфтваффе на протяжении последних двух лет страдали от абсолютной неполноценности, от технической неполноценности по сравнению с вражеским оружием. И вы можете видеть на этом примере, что означает быть способным производить много оружия при его качественной неполноценности. В нашей ситуации это совершенно неприемлемо.
Впрочем, существовала надежда на то, что Германия в ближайшие месяцы сумеет сравняться качеством своих вооружений с противником благодаря прорывным работам ее ученых и инженеров. Но эти технические достижения было необходимо дополнить новым ростом объемов производства. И Шпеер старательно втолковывал своим слушателям:
