Генерал-майор Коджима, командующий 13-й пехотной бригадой в провинции Хэшань, опустил полевой бинокль, ему и без него стало ясно, что зря не послушались дружеского предупреждения маркиза Ито, хоть и не смыслившего много в войне, но полного человеколюбия и благородства. На позиции его бригады, сформированной с бору по сосенке, вышел авангард мощной Цинской армии.
– Ну раз авангард, всего шесть тысяч человек, сейчас мы с ними разберемся, – сказал Коджиме его боевой товарищ, командир 14-й туземной пехотной бригады генерал Миядзаки.
– Надо может обстрелять их из артиллерии? – Коджима проигрывал в голове всевозможные варианты скорого боевого столкновения.
– Да пушки то ведь у нас не новейшие 4-х фунтовые, как у дивизий регулярного строя, а те, что еще сражались в армии Наполеона, 12-фунтовые, бронзовые с небольшой дальностью и отвратной кучностью.
– Ну и что? – Коджима был готов использовать и их, лишь бы нанести максимальное поражение войскам противника.
И он выкатил пушки на прямую наводку, и ядра, вылетевшие из жерл, поразили пехоту противника, но отнюдь не сбили их боевого пыла покарать захватчиков, посмевших поднять руку на территорию срединного государства71. Авангард Цинского войска действовал нерешительно, и два японских генерала этим воспользовались, они атаковали своими батальонами пехоту синих знамен.
Фото 34 – Войска синего знамени, XVIII век.
Тем более, что на момент завязки сражения превосходство в живой силе было за японскими туземными бригадами, девять тысяч человек, против шести. И данное обстоятельство действительно помогло. Вооруженные холодным оружием вьетнамские солдаты на равных сражались с войсками отборных Цинских знамен. Помогла и тактическая организация. Если войска синего знамени воевали тысячами, то пехотная туземная бригада была разбита на восемь батальонов по 600 человек в каждом, и получалось, что пока один батальон связывает боем тысячу человек зеленого знамени, два других батальона заходят с флангов и обращают тысячу Цинских солдат в бегство, и они несут еще большие потери нежели предполагали.
Но вскоре подошли и основные силы противника в виде 70 тысячной армии, и батальоны туземных бригад оказались в крайне уязвимом положении, выдвинуты вперед, и не занимали боевых позиций. Генерал войск императрицы Цыси не упустил ситуацию и обрушил на вьетнамских солдат японской армии тучи стрел, и выпустил самых опытных стрелков из карамультука. Они были как небольшого калибра, ориентированных на небольшого воина, так и огромные на четверых солдат, или среднего размера предназначенные для действий двух военнослужащих. В любом случае огневая мощь этой армии потрясала, и вся она пришлась на пытавшихся съесть огромного разъяренного слона дикого кота. Соотношение сил в начале сражения составляло 1/7, то после избиения двух бригад, и подхода подкреплений к войску синего знамени пропорция составила 1/34. Японские генералы, собрав остатки своих немногочисленных солдат, в количестве 2700 человек вынуждены были отступить туда, откуда пришли.
Маркиз Ито узнал о разгроме императорской армии 1 июля, в ставке главнокомандующего армией генерала Ямагаты, куда регулярно наведывался, как на работу, раздираемый заботой об экономике страны, политической составляющей операции и армии с флотом недостатки были везде. Пока все сидели на своих полевых лагерях, а флот неспеша курсировал из метрополии в Аннам и обратно, все было хорошо. Но сейчас образовалось куча проблем, причем для одной из них – политической необходим был визит Ито в Токио, но оставлять театр боевых действий, ох как не хотелось. И он решил в приватном разговоре с Ямагатой все же убедить бравого генерала не расходовать напрасно жизни японских, да и колониальных солдат, как это случилось сейчас в Хэшани, где псу под хвост были выброшены жизни шести с половиной тысячи солдат и ради чего? Для завлечения противника в отдельный район? Причем удар по противнику измотанными частями Ито собирался генералу не предпринимать:
– Как обстоят дела на фронте? – спросил Ито у прибывшего уже в кабинет премьер-министра командующего армии.
– Сложно обстоят, – честно признался Ямагата, – на западном фасе наступления захватываем Куньмин, а на восточном Лючжоу, силами кавалерийской и драгунской дивизий. Остро необходимо маршевое пополнение.
– Какое примерно количество сил противника находится в полуокружении?
– По подсчетам моих разведчиков до 140 тысяч войск, – Ямагата аж зажмурился от такой цифры, и подумал: «Мне бы столько! Пусть плохо обученных, обмундированных как попало, со старыми винтовками, а порой и луками, но они есть, я могу с ними до Пекина дойти!»
– Цифра очень большая, причем у поднебесной они в кулаке, а наши 14 дивизий размазаны по всей территории южной части империи Великой Цин, и мы слабы и сильны везде одновременно. Соответственно, у нас очень сложная логистика и управление.
– Возможно логистика и есть путь к успеху? – Ямагата сам поразился своему выводу.
