– Ты шестёрка, Иван Иваныч. Я повторю вопрос.
Удар в «солнышко» от Кати был самым «душевным» за сегодня. Алексей долго приходил в себя.
– Ты, козёл русский, будешь делать то, что тебе сказано. А не вопросы задавать.
«Катя» была явно расстроена и обозлена не на шутку. «Ну… Давай… Давай… Ошибись, стерва… Давай…»
– Лёша… Лё-ё-ша?
«Катя» наклонилась над согнувшимся пополам Алексеем.
– Хозяин? Может, я переборщила? Хо-зя-ин?!
Только после второй фразы Алексей понял, что «хозяин» относится к нему. Ему удалось наконец отдышаться. Он посмотрел на «Катю». Она была реально встревожена. Встала на колени.
– Хозяин…
– Слышь, ты, коза… Ты меня достала.
«Катя» повернулась к боевикам и по-арабски сказала: «Хвала Аллаху, всё нормально».
– Хозяин… Может прекратим?
И тут у Алексея сильно закружилась голова. Теряя сознание, он успел подумать о самой дурацкой вещи, о которой можно думать в его ситуации: «Сколько же, мать вашу, в этой сраной психологии уловок»… И отключился.
Однажды старый ковбой, умирая, рассказал своему сыну о великих сокровищах индейцев, зарытых у Старой Скалы в каньоне Великого Кондора. Недолго думая, сын, похоронив отца, поехал на поиски несметного богатства. Его путь лежал среди бесконечных прерий и гор, между опасностями и частым отсутствием воды и пищи. Наконец сын старого ковбоя добрался до заветного места. Он копал каменистый песок почти двое суток, пока его заступ не наткнулся на что-то твёрдое. Молодой ковбой стал копать быстрее, несмотря на упадок сил. В земле был огромный деревянный ящик, из тех, в которых солдаты перевозили оружие и боеприпасы во время своих походов против индейцев. Достав ящик, искатель сокровищ, легко сбил прикладом своего винчестера замки с ящика. То, что он увидел не поддавалось его разуму. Продолговатый деревянный ящик был полон драгоценностями. Ум молодого ковбоя на мгновение ослепила вспышка. И сквозь лучи палящего солнца, которое светило ему прямо в глаза, он увидел, как видение, молодую индейскую девушку, стоящую перед ним на скале. «Сокровище охраняют духи индейцев», – подумал молодой ковбой. «Наверное… Наверняка»… «Очевидно, этой девушки не существует. Сила колдовских чар мешает мне сейчас трезво оценить всю ситуацию. Может, Катя всё-таки связана с ними?.. И нет и не было никакого брата, пропавшего в пустыне. То ли убитого индейцами, то ли духами. Но „Памятка воину-интернационалисту“ ведь была? Была однозначно. И кто хозяин этих сокровищ? Скорее всего…»
– Скорее всего, ты переборщила с препаратом, Азиза.
– Да я полкубика ему вколола только.
– Надо было просто подождать. Я сколько раз вам говорил.
– Так до этого всё нормально у него было. Как огурец.
– Может, накопилось его количество в организме? Сколько мы его колем?
…Алексей приходил в себя. Полуоткрыв глаза, он увидел перед собой человека восточной внешности. Разум возвращался медленно, но возвращался. Человек был одет просто и стильно. «Такой нормальный получебурек с высшим образованием. А то и с двумя. Хозяин?»
– Хозяин, он пришёл в себя.
– Я вижу. Лёша, ты меня слышишь?
Алексей шевельнул губами «да».
– Хорошо. Дай воды ему.
Пить было нелегко. Но вода окончательно вернула разум на место. «Вот уроды»…
– Ты видишь меня, Лёша?
– Да.
– Знаешь, кто я?
– Нет.
– Я тот человек, которого ищут все спецслужбы мира.
– Они много кого ищут.
– Меня особенно.
– И кто же ты?
– Аль Сафар.
– Никогда не слышал.
Но Алексей слышал про сегодняшнего «террориста номер один» не раз. Абу Аль Сафар Мадж стоял прямо перед ним. «Не факт, конечно, что это он… Его никогда не показывали таким. Были похожие на него»…
Лёша попробовал двигаться. Это ему удавалось с трудом. Аль Сафар уже стоял к нему спиной.
– Я повторять больше не буду. Нет затяжек – связывайте своими трусами. А не бельевыми верёвками. Кто его вязал?
Один из «братьев» -боевиков ответил:
– Я. Да он как женщина, хозяин.
– Ты больной? Или перекурил лишнего?
– Я не курил на операции.
– Тогда пыхни, солдат. Здесь без разницы – женщина, мужчина… Затянешь руки и ноги сильно – двадцать-тридцать минут – и человек уйдёт. Тебе не в горах надо было воевать, Назар.
– А где, хозяин?
– На флоте. Лучше на парусном.
– Зачем?
Тот из «братьев», которого назвали Назаром, явно не понимал.
– Тебя бы там узлы научили вязать. И рассказали бы популярно, сколько крепко связанный человек может прожить. Пока кровь в мозг перестанет поступать.
– Я понял, хозяин. Больше не повторится. Но затяжки правда закончились.
Всё это время террористы говорили на русском. А имя «Назар» вызывало двойную ассоциацию: оно могло быть и восточным, и русским. Но боевик, как и его «брат», как и пилот, и «Катя» -кошка, были в масках-балаклавах. И говорил Назар с еле заметным и непонятным акцентом. Так мог говорить мужик с Урала и из Чечни – без разницы. Зато Аль Сафар говорил без акцента.
– Алексей… – Мадж повернулся к нему.
– Ну?
– Баранки гну.
– Ты говоришь, как русский.
– А ты думал, я буду еле слова выговаривать?
– А борода где?
Шутка понравилась всем.
– Аллах не гневается?