…Даша понимала, что это не её мысли. После долгой разлуки с отцом при встрече с ним через десять лет она сразу сообразила, что её папа – не просто «непростой». Она видела, в том числе через других людей, которые общались с отцом, как они его воспринимают. Он был непредсказуем. И при этом не был клоуном. «Ирония – показатель интеллекта»… Дашу влекло к отцу как ко всему, что воплощает в себе мужчина. За короткое время общения с ним она узнала многое, о чём и думала-то не особо. Зомбированные люди… Влияние на кого-либо… Манипуляции с людьми… Сущности в человеке… Истоки позиционирования… С ним она была той Дашей, с которой ей было не просто комфортно. И такой Даше было с ним… Гармонично. Легко. Радостно от ощущения постоянного движения вперёд. И сейчас Дарья Лебедева осознавала, что мысли о Русских – внедрённые. Этот маньяк Аль Сафар, безусловно, был гением. Но что стояло за его гениальностью? Слабость? Нет, это было не то понятие. Болезнь? Тоже не то. Было что-то простое, от чего террористу номер один было «трудно быть богом». А он им действительно был. И Даша нашла, что это. Скука… Дойдя до высочайшей ступени человеческого развития, где «человек» переходит в качества бога, если взять простую схему развития человека от «Дурака» в Таро до уровня богов, Аль Сафар заскучал. Потому что не встретил ни одного похожего на него самого. Близкого ему. И мысли о рабстве русских соединились в Дашиной голове с рабством бесконечного одиночества Сафара. Это был шанс. Величайший ум этого гения зла можно было утопить в его собственном одиночестве. Отсутствие азартного интереса Аль Сафара ко всему произвело в нём революцию. И он стал Экспериментатором. Эмоции ушли. Соответственно… Их просто надо было вернуть ему. Что является для каждого человека «концом всего»? Когда его – человека – эмоции переходят в сильнейшие колебания? И его – человека – психика становится бессильной? А что было бы эмоцией для Аль Сафара? Такой эмоцией, чтобы он увидел и прочувствовал, что пришёл его «Конец Света»? Чего в Аль Сафаре не было? Что он затупил, как нож, зарыл в землю? Боль? Конечно. Боль от Любви. Настоящей любви. И Дашу озарило: Аль Сафар заставил её прыгнуть с ним не потому, что это было частью его плана. Террорист влюблялся. В неё… «Он влюбился». Это его эмоция, которая его же и убьёт. Когда станет чувством. Избитым, заезженным, но вечным словом «ЛЮБОВЬ».
– Ты прошёл специальную подготовку, Лебедев.
Анастасия Валерьевна сейчас совсем не была похожа на сотрудницу контрразведки. Это была шикарная женщина, уставшая от… Назовём это сексом. «А женщины влюбляются через секс? А мужчины?» Лёша знал, что в голову лезет дурь обыкновенная. И те и другие влюбляются через что угодно. И в момент прихода этой мысли Лёша Лебедев понял, что Следак-Важняк ГРУ Анастасия Ведерникова расскажет ему всё.
– Не я один её проходил когда-то. Такую подготовку.
– Ты косишь под идиота, Лёша? Или под амнезию? – Я не понимаю, Анастасия…
– Настя.
– Настя…
– Тебя готовили к операции захвата самолёта.
– Настя… Каким бы невероятным тебе это ни показалось, врачам не удалось сделать со мной то, что они намечали.
– Так они, дебил, этого и не делали!
– Ага… Конечно… Просто пытались уверить меня, что не было вообще ничего. Препаратами, электрошоком, мордой об…
– Лёша! Заканчивай свою х…ю пороть!!! Они специально оставили тебя в состоянии «было не было». Теперь понял?!
– А для чего, Настя?
– Эти препараты работают на перспективу твоих химических органических процессов. Сначала ты будешь думать, что ты псих. Потом вспомнишь, что что-то было, но что точно – не вспомнишь. Потом будет просветление, что было всё – абсолютно всё, что ты смог вспомнить, в самом конце – это «ВСЁ» ты забудешь навсегда.
Алексею не очень верилось в это. Но её слова полностью сходились с тем, что с ним происходило.
– Тогда зачем ты меня спрашиваешь про амнезию, а, Настя? Я не помню – реально не помню никакую подготовку к захвату самолёта.
Ведерникова-старшая посмотрела на него диким взглядом безумной бабы.
– Лёша… Эта схема проверена десятилетиями. Действие препаратов. Ты не мог забыть саму подготовку!!! Кончай врать!!! Мы не на допросе! Ты её, подготовку, как раз и должен помнить!!! А всё остальное – потом, позже, забыть. А через год с небольшим – и подготовку тоже. И всё это время ты будешь не уверен, псих ты или нет! В твоей подготовке не было ничего сверхъестественного! На х…я ты мне чешешь, что не помнишь про неё?
И до Лёши дошло. Ведерникова не имела понятия о его феназепаме. Лёша врубился, что и маньяк среди всех психов, врач-садюга Юрий Георгиевич, тоже не допёр до этого. Что именно так подействовал транквилизатор. Память Алексея сохранила именно то, что из неё пытались убрать. Может, конечно, впоследствии он и забудет всё вообще… Но не сейчас. Это был факт. Неоспоримый.
– Так меня арестовали ещё и затем, чтобы я всё забыл?
– Да!
– Ну… Раз я и так уже часть не помню, расскажи мне, Настенька, а на хрена ВООБЩЕ такая операция?! Можешь не выдавать военных тайн. Я пойму.