В какую авантюру на этот раз ввязался Аллан? Беатриса, конечно же, думала об истории, связанной с Замком и с Делией Добелл… Но как рассказать о ней маме, и стоит ли… Да и мама уже собиралась ложиться спать.
— И что? — повторила мама вопрос и, прикрыв рот ладошкой, тихонько зевнула.
— Да… Мм… И еще у него на носу вылупился колоссальный прыщ.
Мама засмеялась и вышла из кухни.
Боганис и Травер давно покинули кухню. Хоть они и знали Замок лучше большинства его обитателей, но и они длительное время не навещали самых дальних его построек. Расположенные достаточно далеко от Центрального Корпуса с его устремленными в небо башнями и огромными залами, окраины, вероятно, являлись самыми старыми частями Замка. Многие жители считали, что именно на одной из окраин Ток открыл свой глаз и поэтому где-то там и должен находиться мифический Центр Мироздания.
Боганис с Травером шли по набережной Пеша, маленького рыбацкого поселка, закутавшись в свои тяжелые плащи, высоко подняв воротники, и посматривали на лодки, привязанные к причалу. Да… Долго им пришлось сюда добираться.
Когда проходишь на эту окраину через последнюю дверь Пятого Северного прохода, то, чтобы достичь Пеша, надо сначала миновать гряду голых холмов. Поселок, словно стесняясь, жмется к берегу, растянувшись вдоль него от блестящих скал до небольшой бухточки, в которой прячутся от постоянного ветра хрупкие суденышки. Деревянные домишки смешной кучкой прилипли к самой скале, здесь их меньше обдувают жестокие ветра. Некоторые из строений стоят прямо в море на высоких сваях, как длинноногие водомерки, пытающиеся скрыться прочь от этого забытого Током места…
Стоял полдень, но разглядеть на небе солнце мешали нагромождения тяжелых серых туч, висящих неминуемой угрозой прямо над поселком.
В такой обстановке чудилось, что плотная изморось, несущаяся с моря, появилась еще в момент сотворения Замка и будет продолжаться бесконечно.
Большинство лодок одномачтовые и оснащены единственной парой весел. Рядом с гигантскими волнами, мерно накрывавшими мол, они кажутся щепками, оставшимися после кораблекрушения.
— Давненько я здесь не бывал. Но такое впечатление, что тут все изменилось, — покачал головой Боганис.
Травер согласно кивнул.
— Но что не так?
— Все новое, — басом пророкотал Травер.
Боганис внимательно окинул взглядом лодчонки и домики. Несомненно, Травер прав.
Охотник вспомнил, что во время его последнего визита в Пеш большинство лодок выглядело гораздо хуже. Они нуждалось в новых мачтах, парусах и покраске. Многие тогда лежали на берегу вверх днищем, и не похоже было, чтобы их когда-нибудь еще разок собирались спустить на воду. Домики стояли ветхие, с облезлыми фасадами, многие окна зияли провалами, заколоченными крест-накрест досками от ящиков из-под рыбы.
Теперь же только погода навевала тоску. Но даже сквозь дождь можно было отчетливо видеть, что лодки недавно выкрашены, а их оснастка вполне прилична. Те, что лежали на берегу, находились в процессе ремонта. Перед портовыми мастерскими — аккуратно сложенные штабеля добротных досок, а на стапелях верфи заложены какие-то крупные суда.
Окна домов блестели новыми стеклами, а сами жилища сверкали чистотой и ухоженностью и свежей краской. Пахло рыбой, и во всем чувствовалось возросшее благосостояние жителей.
Хотя вид поселка явно свидетельствовал о его процветании, единственными живыми существами, которых наши путешественники смогли обнаружить, были два пеликана, усевшиеся на швартовые сваи и глядевшие в разные стороны, да мелькавшие иногда кошки. Оба продовольственных магазина оказались закрытыми.
— Хотел бы я знать, куда тут все подевались, — сказал Боганис. — В гавани полно лодок, так что вряд ли они ушли в море.
Травер сильнее нахлобучил шляпу и плотнее завернулся в плащ.
Они с Боганисом свернули из гавани в узкий переулок. Здесь размещались мясная лавка и булочная, но и они были заперты.
Из-под лестницы одного из домов осторожно выбралась кошка. Она крадучись стала приближаться к селедке, лежавшей возле большого ящика. В тот момент, когда добыча была близка, из ящика вылетела палка и с нешуточной силой ударила несчастную по голове. Кошка дико заорала и мигом скрылась за угол. Одновременно по переулку прокатился громкий заливистый смех.
Смеялся рыжеволосый мальчишка, выскочивший из узкого прохода между двумя домами. Он добежал до угла, за которым скрылась кошка, и заглянул туда. Развернувшись и собираясь вернуться к месту «охоты», он заметил двоих незнакомых мужчин. Травер стоял с ящиком в руках и изучал пружинное устройство, выкинувшее деревяшку, когда кошка потянулась за рыбой.
Мальчик остановился на безопасном расстоянии от незнакомцев. Он хотел забрать свой ящик, но побаивался — вдруг этот великан не одобряет издевательств над животными?
— Сам сделал? — спросил Боганис.
Мальчик кивнул.
— Отлично, — пророкотал Травер и протянул ему ящик.
Мальчик начал осторожно приближаться.
— Да не бойся ты, мы не кусаемся, — улыбнулся Боганис.
Казалось, эти слова не очень-то убедили мальчишку, но он ужасно хотел вернуть свою игрушку.
