— Все в порядке, — нежно ответил пастор и провел ее до двери. — Я буду молиться о том, чтобы вы устремили свой взор на свое будущее место в Царствии Божьем, а не в Доме молитвы, — сказал он на прощанье.
— Я тоже, брат, буду об этом молиться, — заверила его женщина.
Олег задумался. Неужели заботы Анны Захаровны были менее важными, чем его собственные? Не относился ли совет, который был дан ему от Бога для этой женщины, к нему самому, к пастору?
Вернувшись домой, Олег услышал тихое пение под гитару и узнал голос Леночки. Она пела:
Взволнованно Олег обнял свою дочь. Вот и для нее, как для Анны Захаровны, Господь приготовил дорогу, которая ведет к единой цели.
Однажды главврач больницы после очередной пятиминутки передал Сименсу какую–то записку. Олег в недоумении посмотрел на главврача, развернул ее и прочитал: «Я нахожусь в Степногорске и не могу выехать. По возможности приезжайте в Аску. Только там мы сможем поговорить. После своего прибытия на станцию вы найдете меня через служащего, по фамилии Белкин». Внизу стояла подпись Нины Николаевны, пропавшей вдовы подполковника Новикова.
Врач наблюдал за Олегом, когда тот читал, а затем сказал:
— Я бы сам не рискнул туда ехать. Возьмите с собой Маргариту Ляшко, а также свою жену. Вы можете взять отпуск на столько, на сколько вам нужно.
Дома Олег переговорил со своей женой с глазу на глаз и рассказал о неожиданном тайном приглашении и о том, что посоветовал ему главврач. Еще в тот же вечер они позвонили Маргарите и спросили ее, могут ли они к ней зайти.
Когда они пришли, хозяйка дома сидела возле телефона. Один из мальчиков поприветствовал гостей и сразу же убежал в другую комнату. Маргарите тоже передали весточку от сестры, поэтому она, держа ее в одной руке, пыталась дозвониться до Бориса, надеясь на его помощь.
— Мы ни с кем не должны говорить об этой новости, — сказал он. — У меня такое впечатление, что твой телефон и вся твоя квартира прослушивается.
Маргарита пожала плечами.
— Все возможно. Но мне нечего скрывать. Разве я не имею право разыскивать собственную сестру?
Она быстро поставила на стол самовар, чашки и печенье. Долго обсуждали они разные варианты появления загадочных записок. Маргарита была уверена, что видит настоящий почерк сестры. Но курьеры — главврач, а также начальница Маргариты, практически, слово в слово советовали одно и то же. Кто стоял за этим? Не доктор ли Бабаев из психбольницы и майор КГБ Полонский?
— Он все еще майор? — удивился Олег.
— Пьет много, — заметила Ляшко. — Что же задумал КГБ на этот раз?
Однажды обжегшись, они стремились не повторить ошибки.
В стране как раз наступили первые признаки демократических перемен. Многие верующие были выпущены на свободу, хотя были и те, кто исчез в лагерях. Возник вопрос: можно ли доверять коммунистам? В промежутке между 1979 и серединой 80‑х годов мы, нерегистрирующиеся баптисты, насчитали около 200 служителей и членов церкви, которые были арестованы. Так как зачастую мы вынуждены были использовать нелегальные пути, то были более подвергнуты нападкам со стороны властей, чем зарегистрированные общины, многие из которых к тому времени находились в заключении. Нас обязали постоянно строго придерживаться различных законов и предписаний по вопросу религии. КГБ жестко следил за этим. Если кто–нибудь из пасторов или дьяконов пытался укрыться от их взора, должен был предвидеть, что рано или поздно он будет отстранен от этого служения. Это делалось при помощи клеветнической кампании в средствах массовой информации или через «несчастный случай». КГБ не церемонился, и в 80‑е годы он все еще был вездесущим.
