Бенджамин юркнул вслед за Максансом, в надежде первее всех увидеть мёртвых охотников за урнами.
– Кто это их так? Прям насквозь!
Артур догнал друга и заглянул через плечо. В небольшой выемке, спутавшись костями, лежало несколько скелетов – бурелом из нанизанных друг на друга рёбер и конечностей.
Один, два, пять черепов! Церковник присвистнул. Кому под силу в одиночку уложить пятерых наёмников? Увидев торчащий из глазницы деревянный болт, черпий вздрогнул. Вот и разгадка. Всё это дело рук Максанса. Старый плоскокнижник повёл отряд через своё личное кладбище.
Рябой поддел ботинком проржавевший наконечник багра.
– Когда я только начинал промышлять, старшие рассказывали про группу Паскудника. Самый именитый в те времена загонщик. Поговаривали, он ушёл на крупное дело и сгинул. Вместе со всеми своими людьми. Пятнадцать лет уж прошло.
– Шестнадцать лет и три месяца, – как бы невзначай поправил монах, чем заслужил недобрый взгляд наёмника. – Нам сюда. Держитесь левой стены, иначе угодите в старые штольни.
От последнего пристанища горе-загонщиков шёл всего один коридор. Хотя коридором его сложно было назвать. Скорее, широкий карстовый провал, резко спускающийся гигантскими ступенями.
В самом низу чернел прямоугольный проём, явно рукотворного происхождения. Рядом лежал соответствующего размера куб.
Путники прошли через лабиринт из хаотично сваленных блоков и оказались в подземной галерее одного из кварталов Нижнего города.
– Вот мы и на месте, – Максанс погасил фонарь и взял из стоящей поблизости корзины факел. – Дай-ка огоньку, черпий.
Артур коснулся промасленной тряпки. Занялось пламя.
– От меня не отходить! Ни с кем не разговаривать. Тебя тоже касается, наёмник. Здесь твоего брата не жалуют.
Монах поднял над головой факел, откинул капюшон и зашагал к единственному источнику света – выложенному из камней очагу.
Артур попытался оценить размеры галереи, но как ни старался, ничего ближе двух шагов не разглядел. Единственное, что он помнил из рассказов о Нижнем городе – точное количество кварталов и их расположение до сих пор оставалось тайной. Даже сами жители не знали об этом.
По мере приближения к костровищу стали угадываться очертания ветхих построек. Не двух или трёхэтажных лачуг, какими застроена Валирия, а хлипких перегородок, собранных из хлама и не имеющих ни дверей, ни потолков.
Иногда, справа или слева, в свете факела поблёскивали глаза. Ещё реже – глаз. А у последней хибары на звук шагов вывалился мерзкого вида уродец, вообще не имеющий органов зрения.
Он доковылял на недо-ногах до Максанса и со свистом втянул воздух. Похоже, бедолага различал запахи ртом.
У костра сидело три человека. Определить пол или возраст было невозможно – фигуры и лица людей скрывали замызганные тряпки, источающие невыносимую вонь.
– Мне нужен Куэрко, – без приветствия заявил Максанс.
Никто из сидящих не шелохнулся. Монах выждал паузу и произнёс чуть громче.
– Кто скажет где…
– Они не ответят, – из темноты раздался голос.
Артур обернулся, но никого не увидел, хотя готов был поклясться, что говорящий находился всего в паре шагов. Церковник закрыл глаза и окинул окрестности ментальным взором. Со всех сторон к очагу сползались серые точки. Опасности от них не исходило, но факт того, что они пытались окружить, заставлял нервничать.
А вот меток у костра Артур не видел.
– Сидят так уже много лет и никого не подпускают к огню.
– Может, из-за того, что давно мертвы? – вслух предположил Артур.
– А ты проверь! – прошипел кто-то с другой стороны.
Церковник шагнул к костру, но Максанс предостерегающе поднял руку.
– Стой! Они в вечном лимбе. Подойдёшь – лишишься разума.
– Весело тут у вас! Куда ни сунься, везде смерть, – Бенджамин интуитивно попятился.
– Смерть, не худшее, что может случиться с человеком.
Голос прозвучал под самым ухом у Бенджамина. Тот резко развернулся и отпрыгнул назад. Из темноты вышел безглазый.
Над ладонью черпия заискрила сфера. Максанс снова поднял руку.
– Всем стоять! Мы пришли поговорить с Куэрко! И не уйдём, пока не увидимся с ним. Тот, кто вздумает нам помешать – умрёт. И не в лимбе, а наяву!
– Кто ты такой, старик, чтобы угрожать? Твоё сознание запечатано, но у других оно открыто, подобно вратам Картарды, – прогундел безглазый, указав атрофированной рукой на черпия.
Монах осветил столпившихся отшельников.
– Моё нынешнее имя ничего вам не скажет, а вот настоящее… Искатель Дербис.
Артур сдвинул брови и повернулся к Максансу. Что ещё за неизвестная страница биографии?
– Пресвитер…
– Молчать! – оборвал монах.
Со всех сторон послышался шёпот. Вокруг всё так же стояла тьма, но черпий отчётливо видел, как серые точки отшатнулись назад. Словосочетание «Искатель Дербис» однозначно вселяло в них страх, или, как минимум уважение.
– Дербис. Дербис.
– Дербис вернулся.
– Искатель Дербис.
Десятки приглушённых голосов отдавались эхом, повторяя одни и те же слова.
Безглазый поднял руку и в галерее наступила тишина.
