Артур напряг зрение, пытаясь определить место, где оказался отряд. Выложенная плитами дорожка тянулась вдоль кромки чёрной воды, огибая стену из разнокалиберных блоков. Неужели причальный пирс?
За поворотом находился вырубленный канал, по которому совсем недавно проходил паром с загонщиками и их пленниками.
Узкий карниз через несколько ярдов расширился и превратился в пристань с распахнутыми железными воротами в конце.
– Главный вход в Валирию, – Артур взглянул на опустевшие бойницы. Когда-то из них торчали стволы орудий.
– Думается мне, что встречать нас не будут, – наёмник без опаски пересёк причал и заглянул в темноту ворот. Вдалеке горело два огонька.
– В сторожке тоже пусто, – из приоткрытой двери вышел Максанс. – Если не считать двух мертвецов.
– Я говорил вам, что город пал. Каждый крысёныш теперь сам себе хозяин, – Гербальд сел на край ящика и тяжело вздохнул. – Даже силой брать не придётся. Всё развалено. Экберт будет благодарен тебе, черпий.
Артур почему-то раскраснелся, но предпочёл не отвечать на колкость Губернатора. В конце концов, тот сам во всём виноват, а пленение церковников только приблизило момент неминуемой расплаты.
Как бы то ни было, но от старой Валирии осталось одно название. С уходом Губернатора город превратился в сточную канаву, погрязшую в грабежах и разбоях. Лишившиеся управителя обитатели катакомб устроили борьбу за остатки ресурсов, сделав жизнь в обители невыносимой.
Горы мусора. Трупы. Стаи обнаглевших крыс. Обезумевшие от пролитой крови маньяки и тошнотворный запах смерти и разложения.
Кварталы лежали в темноте. Из расставленных повсюду чаш горело только несколько. Одна у подъёмного механизма, вторая посреди городской площади.
Когда группа проходила по опустевшей улочке, в проёмах окон мелькали угрюмые фигуры. Наёмник на всякий случай осветил ноги, демонстрируя невидимым наблюдателям кобуру и ножны с топориком.
Артур накрыл окрестности ментальным покрывалом. Перед взором замерцали сотни точек. Некоторые из них, находившись в паре, затухали и не загорались вновь. Черпий напрягся – убийства в городе всё ещё продолжались.
Впереди, в центре площади, сконцентрировалось с полсотни отметин. Судя по урне опасности – агрессивных. Чем ближе они подходили, тем шире становились их ряды.
– Долго до самоходок?
– После подъёмника налево, а что?
Ответить Артур не успел. На фоне костра всплыло несколько чёрных фигур. Они сместились немного вперёд и свернули в сторону. За их спинами появилась ещё одна группа, на этот раз, позади костра. Прыгающее пламя высветило обмотанные тряпьём головы и ржавые крюки и топоры. Через минуту на площади собралась разношёрстная орава из мужчин и женщин.
От скопища прокажённых отделилась тень и неспешно поплыла к незваным гостям.
– Что вам нужно? Это наша земля!
– Мы не задержимся надолго. Пересечём площадь и уйдём через северный туннель, – наёмник сделал предостерегающий жест. – Город нас не интересует.
Парламентёр промолчал, но отступил на шаг, давая возможность отряду пройти мимо. Среди прокажённых прокатился недовольный гул.
Рябой повернулся и быстро зашептал:
– Идём кучкой. Готовьтесь. Чую, просто так нас не отпустят.
Отряд перестроился и, ускорив шаг, вклинился в расступающуюся толпу. Прокажённые дёргались, но напасть не решались, сохраняя дистанцию в несколько ярдов. Когда большая часть площади осталась позади, среди серой массы эхом пронёсся шёпот.
– Губернатор!
– Это Губернатор!
– Губернатор вернулся!
– Это он во всём виноват!
– Он должен ответить!
– В Яму его!
Последние слова прозвучали во весь голос. Толпа заволновалась. В свете фонаря блеснул облепленный кровью мясницкий топор.
– В круг! – одновременно с наёмником прокричал Артур.
Удары сыпались со всех сторон. Ножи, топоры и дубинки беспорядочно лязгали, по короткой дуге уходя в каменный пол. Затворники не отличались особой подготовкой, и почти все нападки проходили мимо. За всю стычку только единожды Артур ощутил, как по рукаву проехался тесак, вспоров кожаную вставку. Запястье обожгло острой болью.
Так дело не пойдёт! Церковник уклонился от очередного выпада и, быстро выудив сферу, нанёс ментальный удар. Времени для полноценной концентрации не было, потому пришлось всё делать на ходу – оградить своих от воздействия магии и максимально сократить число жертв. Вышло не так, как хотел Артур, но по-другому он попросту не успел.
Радиус поражения получился небольшой – всего пара шагов вглубь толпы. Уничтожать население катакомб черпий не собирался и контратаковал лишь с единственной целью – остудить пыл нападающих. Превращать прокажённых в паству тоже не имело смысла. Уж больно не хотелось тащить на хвосте ненужный балласт, который всё равно придётся пустить в расход. Такую ораву непременно заметит королевский патруль, примет за рой и накроет перекрёстным огнём.
Стоящие в первых рядах уродцы затряслись и мешками попадали наземь. Под грязными лохмотьями чернели высушенные до состояния хвороста тела. Крики оборвались. Прокажённые отхлынули назад, уставившись на погибших соратников.
