Собравшиеся соседи рассказали, что Барт Эриксон несколько раз приезжал сюда после той трагической ночи. По его просьбе жители посёлка, знакомые с плотницким и иным ремеслом, восстановили дом. Барт оплатил затраты, расставил всё внутри дома так, как было прежде, и больше они его не видели.
Леран не стал сообщать о гибели Эриксона, он пока не понимал, почему Барт ничего ему не сказал о реставрации их дома. Он рассчитывал на то, что им с Ледой придётся неделю или две отдать приведению дома в порядок, но Барт освободил их от этой психологически тяжёлой задачи. Эрнест, узнав об этом, не сказал ничего, только прикрыл глаза и пошевелил губами. Барт Эриксон не уходил от них, отпечатки его души присутствовали везде, где бы ни находились Леран, Леда или Эрнест.
Как-то само собой дни в Нью-Прайсе разделились пополам. С раннего утра Леран с Ледой готовили удочки и на катере Ирвина, о сохранности которого позаботились соседи, крейсировали вдоль побережья, так чтобы посёлок всегда оставался на виду. Иначе Леда начинала беспокоиться и нервничать.
Двумя удочками они вылавливали столько рыбы, сколько было нужно на обед и ужин, а дома вдвоём готовили еду. Вторая половина дня проходила в доме и в вечерних прогулках у того места, где несколько лет назад Леда нашла на берегу безымянного юношу, ставшего на следующий день Лераном Крониным.
Как и Леран, Леда почти не нуждалась во сне, и ночами ходила по комнатам. Иногда брала в руки книгу из немногих, сохранившихся в целости, – не подлежащие восстановлению предметы Барт убрал, – и пыталась разобрать текст. Или просматривала видеокассеты с записью выпусков тележурнала «Мир и наука». Барт собрал их здесь все, для прежней Леды они были любимым развлечением.
Ежевечерне один час Леран уделял осторожным беседам с Ледой, пытаясь разбудить её заблокированную стрессом память. Он боялся активного воздействия на её сознание, страшась причинить боль или нанести вред психике.
Расчёт его оправдался: через четыре дня глаза Леды вернули осмысленное выражение, впервые промелькнувшее в момент приезда в Нью-Прайс. Изменились её движения, понемногу теряя скованность. На пятую ночь Леда принесла в дом металлическую коробку под замком, найденную в углу коптильного цеха, под грудой инструментов и запасных частей для холодильного оборудования.
Лерану потребовалось полчаса, чтобы вскрыть коробку. Наследство Крониных: документы Ирвина, Марии, Леды, копии бумаг, удостоверяющих личность Лерана Кронина, и большой заклеенный конверт. В конверте: наличность на тысячу долларов, – деньги, собранные Ирвином за всю его жизнь, – чек на пять тысяч на имя Лерана, с почерком Барта, и пакет листов с текстом, отпечатанным на машинке. Наследство Марии и Ирвина Крониных плюс подарок Барта Эриксона…
Бегло просмотрев страницы, Леран понял, что в пакете копии тех сведений, которые находились в исчезнувшем сейфе Эриксона. Материалы о золотом дожде, о золотых людях, о связи между ними… Итак, Ирвин догадывался, а Барт много лет назад подозревал, что оба явления напрямую касаются Лерана и несут в себе опасность для него. Барт хотел вначале разобраться сам.
– Леда, ты молодец. Скажем спасибо отцу, матери и Барту. Теперь мы с тобой, – полноправные участники экспедиции. Этих денег нам хватит…
– Какой экспедиции, Леран? Мы поедем за мамой и папой? – впервые в её глазах стоял, пусть и больной, но настоящий человеческий вопрос.
Вот и выглянула прежняя, энергичная и весёлая девочка, ещё не понявшая, что стала девушкой, наделённой истинно природным очарованием. Леран невольно сравнивал её с Ли и Флоранс. Несмотря на всё их обаяние и красоту, – совсем не то. Женственность, лишённая ухищрений и приобретённой способности нравиться, идущая от земли, воды и солнца… Даже для Флоранс она недостижима.
Леран достал с книжной полки копию схемы маршрута и фотографию подводного убежища, протянул Леде. Она не обратила внимания на схему и заинтересовалась снимком. Пусть не полностью, сознание вернулось к ней.
– Леда, что ты скажешь? Мы планируем большую прогулку по океану, на яхте. Вместе с Ли, Мартином, Майклом…
– А Барт не поедет? – она пристально вгляделась в глаза Лерана, – А зачем путешествие? Куда?
Внутренний предохранительный механизм не позволил ей повторить первый вопрос, как не позволял снова спросить о матери и отце. Она хотела с ними встречи, не понимала, где они, но тень памяти о той расстрельной ночи жила в ней, спрятанная в сердце острой иглой.
– Это поселение на дне в центре океана. Мы хотели бы посмотреть, кто там живёт и чем занимается.
– Посреди океана? Но зачем ехать так далеко? Такие домики под водой есть совсем рядом. Я знаю, где они.
– Что? Недалеко? Откуда ты знаешь? – он видел, что она говорит правду, что это на самом деле так, – Леда, расскажи мне всё, что тебе известно об этом, о подводном поселении. Для нас это очень важно.
