– Отчего же? Я считаю его удачным. Когда один фаэт не согласен с другим, кто-то не прав. Не только землянин, но и фаэт имеет право на ошибку, Арни. И ты тоже. Но мы не имеем права прятать свои ошибки.
Арни сузил глаза, приблизился к Лерану, взял руками его за плечи и прикоснулся губами к его губам. Потом отступил на шаг, повернулся кругом, взлетел на диск. Аппарат медленно пошёл над лагуной к морю, Арни вошёл в купол уже перед рифами.
– Тебе понравилось прощание, Эрнест? – спросил Леран, поворачиваясь спиной к уходящему в океан диску.
Мартин, наблюдая за аппаратом, прошептал:
– Поцелуй смерти… Так вот откуда оно пошло…
– Что пошло?
– Только что я видел рядом с собой ритуал классической мафии. Таким лицемерным поцелуем закрепляют необъявленный приговор. Он приговорил тебя к высшей мере.
– Понятно. Ещё раньше он приговорил тебя, Лию, Леду. И всех людей. План такой: оставить на Земле минимум, изменить им генетический код, сделать универсальными слугами. А я не подошёл Арни с первой минуты первой встречи. Не знаю, в чём тут дело, ведь я не причинил ему вреда.
– До сегодняшнего разговора, – уточнил Мартин.
– До сегодняшнего разговора, – согласился Леран, – Он больше чем заслужил его. Глубоко в нём сидит что-то порочное, но я никак не могу проникнуть внутрь. Он всегда далеко и под прикрытием.
Мартин вгляделся в лицо Лерана и попросил:
– Посиди тут, хорошо? Я не думал, что ты можешь уставать. Я сбегаю за вином. И успокою женщин…
25. Тайный штурм
– Как жить будем дальше? – спросил Мартин, когда они подходили к дому.
– Дальше будем просто жить, – ответил Леран, – Если не знаем сами, то ведь есть у кого спросить.
Они вошли, Лия объявила меню обеда. Мартин сразу направился к столу. Леран улыбнулся смотрящей на него Леде и сказал:
– Эрнест, мой обед сегодня ограничится вином. У виночерпия нет возражений? Уважаемые дамы, с завтрашнего утра над островом царит солнце. Мы готовы исполнить любые ваши желания.
– Мы только что говорили об этом с Ледой. Дамы желают зрелищ. Всяких-разных и побольше.
– Объявляю назавтра театральный день. Готовьтесь. А я вынужден уединиться, Эрнест справится за двоих.
Он прошёл в свою комнату и почти свалился на кровать. Универсальная одежда фаэта окутала его прохладным мягким облаком. Сон пришёл сразу.
Ночной ветер рассеял облачность, утро пришло ярким и свежим.
– Друзья мои! – воскликнул Леран на пути к машине, присланной из храма Шри Джая, – Вы знаете, о чём я подумал, как только проснулся?
– Не знаю, о чём ты подумал, но я сейчас, смотря на тебя, думаю, что ты отлично отдохнул. Кто может сказать, что этот человек не только не завтракал, но не ужинал и не обедал накануне? – отозвался Мартин.
– Вино, Эрнест, всё твоё вино! – Леран протянул руки и перенёс Леду с высоких ступеней входа на землю, – А подумал человек о том, что вокруг нас ничто не делается просто так. И солнце всходит когда надо, и облака приходят и уходят не сами по себе, и ветра приносят чьи-то слова…
– Мудро! – похвалил Мартин, открывая двери машины.
– Мудрость не моя, – сказал Леран, помогая Леде и Лии устроиться на заднем сидении, – Я вспомнил одну из сур.
Он взял Мартина за локоть и отвёл на несколько шагов в сторону от машины.
– Если бы я обладал священной мудростью, проблемы исчезли бы все разом. А пока этого нет, – кругом намёки на то, от чего не уйти. Прошу тебя, не отпускай от себя ни Лию, ни Леду.
– Возможно нападение?
– Сегодня нет. Приговор объявлен мне, людей для Арни не существует. Но немедленного исполнения не будет. Ситуация, как я и хотел, известна всем фаэтам. Без всеобщего одобрения Правящий Совет не решится на строгие меры. Случай-то единственный за всю историю.
– Чего мы можем ждать?
– Они попытаются достать меня изнутри. Я для них большая загадка. Для фаэтов очень важно, кем они были на Фаэтоне. Вначале попробуют вывести меня из рабочего состояния. Как? Что потом? Предугадать ничего не могу.
– Понятно! – Мартин пожевал губами, – Всё будет нормально.
Он сел за руль, ведущие колёса крутнулись на месте, обнажив красную почву. По обе стороны дороги расстилался пёстрый цветочный ковёр.
В заповедной, запретной зоне цвели кустарники и полевые цветы. Редкие пальмы, – такие же окружали дом, – обозначали границу, которую аборигены не пересекали.
– Предлагаю такую схему дня, – сказал Леран, – на острове с древности популярен кукольный театр. Посмотрим представление. Тут любят сказки, может быть, нам повезёт. А потом обед в ресторане, кинотеатр… Идёт?
– Идёт, идёт, – захлопала в ладоши Леда, – Кукольный театр! Это так интересно. Я никогда не видела.
Кукольники развернули сцену на краю небольшой площади, вблизи от территории буддийского храма, отгороженной ажурным заборчиком и полосой вечнозелёных кустов.
Маленький помост освещался огнями рампы и фонарём сверху. Сцена делилась пополам белой тканью, ниспадающей с перекладины на высоте двух метров. Принесли скамеечки, и они устроились рядом с помостом.
– Леран, зачем им свет днём?
– Это двойной театр. С этой стороны мы видим кукол, а с противоположной, – их тени. Кукольный и теневой театр одновременно.
