___________________________________
* Моисей, согласно Библии, имел брата по имени Аарон
– Галла, эй, Галла! – нежно звал меня чей-то голос.
Ласковая ладонь гладила мои волосы.
– Еще немножечко, Никусь, – пробормотала я, зарываясь в подушку.
– Я же говорил, все будет нормально, – спокойно сказал до безобразия знакомый голос. – Она крепкая девочка.
Я приоткрыла один глаз и поглядела на Павла. Он почему-то был не в излюбленной белой рубашке и джинсах, а как римлянин, в тоге.
Батюшки! Эльфы же!
Я рывком села на постели и огляделась. Эльфийские покои! Белая круглая комната, сводчатый потолок, огромное окно (или дверь?), аркой выходящее на зеленую террасу. Наверное, все же дверь, потому что других входов в комнату не наблюдалось. Мебели самый минимум – ложе с шелковыми покрывалами пастельных цветов и изголовьем в виде ветвистого дерева, большое зеркало на стене, да две кушетки, оббитые розовой с золотыми узорами тканью. На одной кушетке восседал Павел в образе не то Цезаря, не то Нерона. Для полноты картины ему не хватало лаврового венка на голове.
С другой стороны склонился смутно знакомый эльф в роскошных тяжелых одеждах китайского мандарина – многослойные халаты с изображением райских птиц, перехваченные малиновым шелковым кушаком. У эльфа было худое, изможденное лицо с огромными, обведенными синими кругами глазами. Длинные волосы были заплетены во множество косичек и убраны назад.
– Пить? – поинтересовался эльф.
– Угу.
Предложенный напиток не отличался приятным вкусом, но что поделаешь – другого не дали.
– Что это за гадость? – отплевывалась я, залив бурой жидкостью постель.
– Это напиток бодрости, – оправдывался Аарон.
– Ничего ты не понимаешь в колбасных обрезках! – фыркнула я. – Напиток бодрости таков: берешь водочку, смешиваешь с апельсиновым соком…
– И огурчиков! – подхватил Павел с энтузиазмом. – И шашлычка! Ммм…
– Отвертку с шашлыком, – удивилась я. – Ну нифига себе!
– У нас нет водки, – расстроился эльф. – И шашлыков.
– А что есть?
– Фрукты… Вино… Салаты…
Мы с Павлом возмущенно переглянулись.
– А мясо, мясо у вас есть? – вкрадчиво произнес Павел.
– Теоретически…
– Мне нужно мясо, дрова или угли, железная решетка и вниз! – заявил Паша. – А пока давай салат и винище!
– Что значит «вниз»? – поинтересовалась я.
– Да мы на дереве!
Ух ты! Я, еще пошатываясь, завернулась в простыню и подошла к окну-двери. Мамочка моя, мы и в самом деле в домике на дереве! Эти небольшие круглые покои представляли собой отдельное строение на ветви огромного дерева – как птичье гнездо. Кроме нашего домика на ветках находились десяток других.
– Это посольский дом, – пояснил Аарон с умным видом. – Здесь размещают гостей.
– И как вы меня сюда затащили? – страшно удивилась я. – И, главное, зачем?
– Представь, у них тут нет лифтов, – усмехнулся Павел. – А так – тут везде мостики подвесные и дорожки. Это еще самое низкое жилье. Ты не туда смотришь.
Я задрала голову вверх и ахнула. Город эльфов раскинулся над лесом. Кипенно-белыми кружевами завивались дорожки и мосты, в густой зелени плавали настоящие дворцы – с тончайшими шпилями, арками, портиками и пилястрами.
– Добро пожаловать в Облачную чащу, – с гордостью произнес Аарон. – Родовое гнездо клана Трилистников.
Какое дурацкое название!
– Лифты, – радостно потирал руки Павел. – Лифты! А канализацию вы наверху как делаете?
– Эльфы не какают, – одернула я Павла, а потом вспомнила, что тоже эльф. – А, нет! Какают!
– Канализация внутри деревьев, – раздраженно ответил Аарон.
– Очумели? – застыл Павел. – Вы чего, деревья сверлите?
– Да не сверлим, не сверлим! – махнул рукой эльф. – Мы их такими выращиваем. Уже с трубой, уходящей к корням.
– Варвары, – убежденно сказал Павел. – А моетесь вы наверху как? Совсем не моетесь?
– Ты тупой? – вскинул светлые брови эльф. – Разве не видишь бочки с дождевой водой? В каждом доме есть душ.
– Ты погляди, как он разговаривает, – ухмыльнулся Павел. – Сразу видно – с кем поведешься… Эй, Ара, а может, я тебя ругаться научу?
– Я Аарон, – с достоинством ответил эльф. – Попрошу не зарываться. А что касается речи, действительно, общаясь с низшими формами разума, я слегка деградировал. Как говорится, дурные сообщества развращают добрые нравы.
– Опа! – обрадовался Павел. – Все чудесатее и чудесатее, как говорила Алиса. Мне нравятся эльфы!
***
– Ненавижу эльфов, – бурчал Пашка в который раз. – Ненавижу!
– Я тоже ненавижу, – поддакивала я.
– А уж я-то как ненавижу, – вторила нам Ола, а, вернее, снова Аврора.
– Даже я уже ненавижу, – признавался Аарон.
– Мы тоже вас ненавидим, – буркнул молодой эльф, которому было поручено за нами присматривать. – Понаехали!
Четвертый день мы ждали аудиенции у главного лесника. Вообще-то он Великий Хранитель Леса, но главный лесник тоже неплохо. Пусть скажет спасибо, что не главный леший. Четвертый день подряд мы поднимались рано утром в беседку к его дому, сидели там до обеда, пока какой-нибудь эльф не сообщал нам о неотложных делах.
