1741–1788. Жан-Франсуа де Гало, граф де Лаперуз. Выпускник Морской школы, выдвинулся как способный офицер во время американской Войны за независимость. Научная экспедиция, которую он возглавил в 1785 году, проявила себя серией подробных исследований Тихого океана (1770–1788), важным подспорьем в которых служил хронометр. Наряду с Куком (и Бугенвилем) окончательно разработал технику подготовки научных экспедиций. Корабли-лаборатории, оснащенные каютой с картами, библиотекой, астрономическими инструментами. Специально подобранная команда (вместе с Лаперузом плавали Луи Монж, Ламанн, ла Мартиньер, Лессепс и др.). Выйдя из Бреста, Лаперуз описал северные берега Тихого океана: от Монтеррея до горы Святого Ильи (Америка), потом от Манилы до Камчатки (Азия). Брошенные штормом на коралловые рифы после тридцати месяцев плавания, корабли Лаперуза «Буссоль» и «Астролябия» затонули вместе с экипажем и грузом вблизи Ваникоро (архипелаг Новые Гебриды). Их обломки были обнаружены в 1829 году Дюмон-Дюрвилем.
Лаплас
1744–1817. Пьер Симон, маркиз де Лаплас. Математик и астроном. Член Академии наук с 1795 года. Автор «Записок», посвященных теории вероятностей и ее применениям. Его труды, непосредственно продолжающие традицию XVIII века, обобщают научные достижения его времени.
Ларжильер
Никола де Ларжильер, 1656–1746. Учился в Антверпене и Лондоне (у Питера Лели). Портретист первой половины XVIII века, превосходный колорист. «Портрет художника, его жены и дочери».
Латур
Морис Кантен де Латур, 1704–1788. Автор пастелей, был еще более искусным рисовальщиком, чем живописцем. Никто не умел лучше, чем он, передать игру света и мысли на человеческом лице.
Лафатер, Иоганн Каспар
1741–1801. Сын цюрихского врача, привлеченный пиетизмом, от которого позже отдалился, обратившись к оккультизму и теософии. Властитель дум, объект страстного обожания, он стал создателем новой науки о взаимосвязях между физикой и моралью — физиогномики, само название которой завораживало Бальзака. Терзаемый навязчивой идеей «знаков» и ожиданием близкого просветления, которое так никогда и не наступило (отсюда его работа «Перспективы вечности» и поэма, озаглавленная «Жажда присутствия Христа»), он предстает «магом» своего рода отчаявшегося барокко. Как и Месмер, Лафатер был выразителем потребностей, оставшихся неудовлетворенными при эсхатологическом укорочении эпохи Просвещения.
Левенгук, Антони ван
1632–1723. Знаменитый пример экспериментатора, опередившего науку. Значительная часть его наблюдений о мире бесконечно малых (инфузорий, красных кровяных телец, сперматозоидов) осталась в числе «курьезов», не получив непосредственного научного применения: у этого самоучки не было для них теоретического объяснения.
Лежандр, Адриен Марио
1752–1833. Французский геометр, автор замечательных исследований по теории чисел.
Лейбниц
См. Справочный индекс к «Цивилизации классической Европы». Автор философских и научных работ. Одновременно с Ньютоном изобрел исчисление бесконечно малых.
Лессинг, Карл Готхольд Эфраим
1729–1781. Драматург («Минна фон Барнхельм», «Натан Мудрый») и театральный критик («Гамбургская драматургия»), Лессинг, подобно Лейбницу, чьим учеником он себя считал, интересовался всеми философскими проблемами своего времени. Насколько можно судить, в последние годы жизни его религиозный рационализм, отчасти под влиянием знакомства с религиозной мыслью Индии, эволюционировал к новой форме спинозианства — Deus sive Natura (Бог или природа). Лессинг был не просто человеком эпохи Просвещения: он был представителем того неогуманизма, который возник в Германии — до появившихся почти одновременно классицизма и романтизма — как своего рода короткое Возрождение после Реформации.
Линней
1707–1778. Карл фон Линней. Шведский натуралист, автор классификации растений, основанной, в отличие от предыдущих, не на расположении венчика (Турнфор), а на расположении репродуктивных органов цветка. Предложенный им способ наименования растений словосочетанием существительного и прилагательного (Rosa Gallica), указывающих соответственно на род и вид, сохранился до наших дней. Его «Система природы», подвергшаяся критике со стороны Бюффона, была принята большей частью натуралистов.
Лиссабон
