Луиза сложила письмо и сунула его обратно в конверт. Она выдвинула ящик прикроватной тумбочки, положила туда конверт и снова задвинула ящик. Затем она откинула простыню в сторону, села на край кровати, потерла глаза пальцами, встала и подошла к окну.
Вид на этот великолепный сад снаружи вызвал у нее одну-единственную мысль: «Вот уже несколько десятилетий мы живем на этой возмутительно огромной вилле, носим самые дорогие наряды, украшаем себя по любому поводу. И все же, в сущности, мы оба бедны. Мы с Жюлем. Ведь настоящее богатство человека – это полнота сердца. Наши жизни полны. А вот сердца пусты».
На мгновение Луиза закрыла глаза. Затем снова открыла. Она посмотрела в зеркало на стене. Заглянула в свои усталые, обрамленные темными кругами глаза. Этот долгий молчаливый взгляд. Так вот как выглядит женщина, которую на протяжении всех лет брака любили не так, как ей хотелось и было нужно? Которую не желали, а о которой лишь заботились? Потому что муж чувствовал себя виноватым? Ее жизнь закончилась? Неужели каждый человек среднего возраста рано или поздно достигает этой точки разочарования и опустошения? Ощущения, что его больше не ждет ничего особенного? Можно ли с этим что-то сделать? Можно ли построить новую жизнь на старой? Жизнь, неизведанный восторг которой воскресит? Где Луизе искать дверь в эту новую жизнь?
Этими глазами она не увидела вовремя, как наступил конец ее браку. Этими ушами она не услышала ударов колокола. Когда она перестала доверять своим чувствам? Ведь если мы не выучим язык Вселенной, мы не поймем, что нам говорит мир.
Луиза приподняла слегка опущенные уголки рта пальцами. Попыталась улыбнуться самой себе.
Ей нельзя было отравлять свою жизнь горечью. Нельзя было уступать место темным мыслям. Нельзя было позволять жалости поглотить себя. То, что с ней случилось, могло случиться с каждым. Это не было несправедливостью, произошедшей исключительно с ней. Каждый может столкнуться с тем, с чем может столкнуться кто угодно. Несчастье поражает всех. Однажды. Так же, как и счастье снова нас находит. Однажды. И так раз за разом, белая полоса сменяет черную полосу.
Она открыла окно. Убрала со лба и с лица волосы. В утреннем свете они блестели, словно спелая пшеница. В сумеречном – напоминали корицу. У ее родного ребенка был такой же цвет волос? Этот ребенок был похож на нее? Как он мог бы выглядеть? И как выглядел?