– Ду да, там кто-то вставал, потом что-то они кричали. Но далеко было, не разобрать. И один в итоге свалился. Вот и все, что я видел.
Сати молчал. На языке вертелся вопрос, задать который у Сати не было сил.
– Он упал или его столкнули?
Ясперсен пожал плечами.
– Точно не скажу. Далеко было. Я чуть подождал, что те его подберут, но они завели мотор и усвистели. А я прыгнул в катер и пошел в море.
– Серый… он… – Сати прижал кулак к губам. – Он.. Юдзуру не умеет плавать.
– Я уж понял. Он плескался в воде, я видел его с лодки. Вода ледяная была, и я летел на полной скорости. Долго в такой воде не продержишься. А когда подошел, он под воду ушел уже. Я нырял за ним.
– Я знаю, – прошептал Сати. – Я видел. Это я видел.
– Я откачал его прямо в лодке, – сказал Ясперсен. – Он воды наглотался знатно. Но ничего, в себя пришел быстро. – Моряк постучал себя кулаком по груди. – Мотор крепкий.
Сати молчал. В голове не укладывалась вся эта история. Все в ней не сходилось. Серый не умел плавать, но оказался в лодке. Фалко и Ув подтвердили, что да, брали лодку покататься. Про Серого они, ясное дело, знали и соврали. Рильке. Вот был главный вопрос.
– Я уж сколько раз говорил, чтоб не давали детям эти лодки. Плавать не умеет, а в лодку полез. И те тоже хороши. О чем они думали?
– Я боюсь представить, – сказал Сати.
Он смотрел в окно, на серое море. Горизонт терялся в серой дымке. Ни одной лодки в такую погоду не было на воде.
– Постой, ты же не хочешь сказать, что…
Сати посмотрел на Ясперсена. Глаза моряка были прозрачными от зарождающегося гнева.
– Я ничего не хочу сказать, – сказал Сати. – Я не знаю, – он вздохнул. – Не знаю.
– Я еще раз поговорю с вашим воспитателем. С как его там? С Оску.
Сати покачал головой.
– Мы сами разберемся, – сказал он, глядя в стол.
– Послушай меня.
– Нет-нет, вы не понимаете, – Сати посмотрел на моряка. Глаза его потемнели от ярости. – Мы сами разберемся. Оску ничем не поможет.
Ясперсен грохнул чашкой об стол.
– Значит, так…
– Вы, в принципе, можете поговорить с Оску, – сказал Сати. – Я все равно не могу вам препятствовать. Если вы считаете, что это правильно, что это нужно.
– Так, ладно, – моряк вытащил из кармана пачку сигарет, выбил одну, покрутил в руках, посмотрел на Сати и убрал сигарету обратно. – Как там парнишка? Как там твой брат?
– В больничном крыле, – сказал Сати. – Медбрат говорит, с ним все будет в порядке. Переохлаждение, – Сати посмотрел в окно. – Ничего страшного. Наверное.
Он встал, прошел к раковине, ополоснул кружку. Вытер полотенцем для рук, поставил на полочку со специями и спичками.
– Мне пора, – сказал он. – Спасибо большое, что рассказали.
Он вышел на улицу, и ледяной ветер накинулся на него как хищник на добычу. Сати трясло. Он провел ладонью по борту катера, в каплях воды, ледяной, словно с поверхности ледника.
Нужно пролезть в лазарет и узнать, как дела у Серого.
А потом найти его.
Нужно найти Рильке.
///
Сати пробрался в лазарет через окно. Двери никогда не запирали, но Синраи теперь дежурил у входа и гонял всех обратно спать. Сати это не остановило. Он вылез в окно в мужском туалете, перебрался по карнизу и толкнул коленом оконную раму в лазарете. Задвижка бряцнула, окно открылось со скрипом. Сати подождал несколько секунд на подоконнике – внутри стояла мгла и тишина. Медбрат не показался, и Сати слез по комоду на пол.
В лазарете всегда было холодно до дрожи, и он прикрыл окно. Так же холодно было только в общей зале реабилитационного центра, где стоял всего один плохонький обогреватель, к которому нянечки не позволяли подходить слишком близко. Людей было много, в белом, но он не помнил, кто они были и зачем там собирались.
Тихими шагами Сати пошел по сумрачному помещению. В стеклянных дверцах шкафов отражалось серое небо, временами показывалась луна, узкая, щербатая, словно засохшая долька лимона. Пустые кровати заправили белыми простынями, ровно, без единой морщинки. Ширм между ними не было. В больничках других интернатов иногда ставили ширмы или вешали занавески.
Серого не было видно под ворохом одеял. Темный холмик шерстяных пледов, один из которых упал на пол в изножье кровати. Сати поднял его, шерсть укусила пальцы. Серый спал. Его светлые волосы разметались по подушке. Бинт на голове казался неуместно ярким, как выцветшее от хлорки пятно. В ногах гудел обогреватель, но толку от него было всего ничего. Холод стоял такой, что еще немного, и пойдет пар изо рта. Градусов пять. Так показалось Сати, хотя термометра нигде не было, и точно он сказать бы не смог.
На тумбочке в кофейном блюдце лежали слуховые аппараты Серого. Сати взял один из них в руки, и аппарат уколол руку холодом. Если не знать, что это слуховые аппараты, то можно было подумать, что это два камешка с побережья. Два камешка в корочке соли.
Серый повернулся под ворохом пледов, открыл глаза. Он увидел Сати и дернулся, рывком сел в постели. Сати показал ему раскрытые ладони.
* Это я, – сказал он. – Все нормально.
Серый подтянул одеяло до плеч.
* Привет.
* Как ты?
* Нормально. Порядок.
