Одна в холле отеля, Сергей на прощанье лишь сдержанно кивнул ей и подал водителю знак вынести багаж. Вот так и закончилось ее приключение, как-то уж слишком буднично. Впрочем, ни одно приключение не длится вечно.
Все вокруг спешат куда-то, Кате сегодня некуда спешить, она тихо бредет к своему номеру, медленно открывает дверь и протянув швейцару какие-то деньги на чай, не раздеваясь, без чувств падает на кровать.
Несколько часов тяжелого, тревожного сна, Катя проснулась уже под вечер, усталая и подавленная, нехотя побрела в ванную.
Теплые упругие струи воды били ее по телу, горькие соленые слезы стекали по лицу. Она поверила, на короткий миг позволила себе думать, что тоже может быть желанна, вызывать страсть и отвечать на нее. Поцелуй, его жадный взгляд, обжигающее прикосновение, а потом все вернулось на круги своя, прошлое встретилось с настоящим. Та старая боль, разбитые вдребезги мечты и это сегодняшнее холодное равнодушие. Что ж, просто пора возвращаться в реальную жизнь, довольно бегства и попыток забыться. Еще один день и она вернется в привычную обстановку, наденет мантию и войдет в зал суда, а по вечерам вновь начнет решать рискованные финансовые схемы, не будет мятущейся женщины, останется лишь жесткий профессионал.
С этими невеселыми мыслями Катя вышла из душа, критично оглядела себя в большом зеркале и, как обычно, нашла к чему придраться. Накинула уютный банный халат и вернулась в комнату, было только начало 7, что ж, еще один грустный, одинокий вечер – не привыкать. Она заказала чай с десертом и свернулась под одеялом с книжкой, лучше уж читать про чужую жизнь, чем грустить о своей. Вдруг вечернюю тишину прорезал громкий телефонный звонок. Катя даже не успела сообразить, что некому разыскивать ее в номере столичного отеля, как услышала в трубке такой знакомый низкий голос.
- Катерина, как ты? – как ни в чем ни бывало сказал Сергей, ее сердце упало и забилось часто-часто.
- Нормально, а вы, ты? – еле слышно прошептала в ответ Катя. Он позвонил ей, позвонил! Зачем, почему – это совсем другие вопросы, главное, она разговаривает с ним, тонет в его обволакивающем голосе.
- Все более или менее в порядке, был в клинике. Завтра отправлюсь на работу, а сейчас пока дома, - бодро говорит Сергей. На заднем фоне она слышит звон посуды, ласковый женский голос и заливистый детский смех – звуки счастливой жизни.
- Катя, ну так, что? – нетерпеливо спрашивает Сергей.
- Что? – глупо повторяет Катя. Телефонная трубка скользит в ее влажных ладошках, колени подгибаются от слабости.
- Я спрашиваю, ты приедешь к нам с Лизой на ужин? – повторяет Сергей.
- Приеду, да, - не разобравшись, на что соглашается, торопливо отвечает Катя.
- Хорошо, ждем тебя. Через полчаса водитель будет ждать у отеля – короткая фраза, и вот она слышит только короткие телефонные гудки.
Зачем она согласилась приехать к нему? Дура, дура, растаяла, как леденец от его голоса! Он пригласил ее на ужин с женой, наверное, чтобы поблагодарить за «благородное спасение в мексиканской глуши». Катя нервно бегает по комнате и не может сообразить, что же ей делать. Надо было отказаться, но она этого не сделала. Перезвонить? – она даже не знает его телефона! Придется ехать!
Не ударить в грязь лицом! можно себе представить, какая у Сергея жена – миссис № 39 в списке журнала «Форбс»! Но провинциалкой Катя никогда не была! Эх, жаль все ее лучшие наряды остались дома! Хотя нет, перед самым отъездом в аэропорт Катина подружка Маша запихнула в ее чемодан роскошное платье Кавалли, «на случай, если встретишь своего принца».
Катя ожесточенно роется в чемодане, вот и платье – знаменитый цветочно-звериный принт. Мама купила его в Милане, чтобы порадовать ее, метры шелка и секса.
Ну вот, она готова, Катя критично осматривает себя в зеркале и остается довольна. Глубокий вырез-качели обнажает ее загорелую кожу, красиво драпируя грудь, узкая длинная юбка подчеркивает тонкую талию и бедра. Яркий, экзотический рисунок придает смелости. Туфельки Джимми Чу и изящная сумочка – принца она не встретила, но перед «принцессой» не осрамится.
Снова телефонный звонок: госпожу Борисовскую ожидает машина.
Лифт неслышно и стремительно скользит вниз, восхищенные взгляды вслед, пока она идет к выходу. Все тот же Майбах с призывно открытой дверью.
Вечерняя Москва, яркие огни, рестораны, дорогие витрины. Она убеждает себя, что поездка в Майбахе не такое уж неслыханное дело. И это тоже было в ее жизни: роскошный лимузин, ласковая кожа сидений, мысли, чувства о мужчине, которому все это принадлежит…
Город остается позади, сердце стучит все сильнее и сильнее, руки нервно сжимают блестящую сумочку. Зачем, зачем она согласилась на эту поездку? Лежала бы сейчас в теплой постели с трогательным романом в руках и не ехала неизвестно куда, неизвестно зачем.
