– Мне очень жаль, что он подвёл тебя, Аиша. – Я надел штаны и почувствовал, что они уже наполовину высохли у костра. – Хорошая была идея – развести огонь и заняться моей ногой. Спасибо тебе.
Заморгав, она отвернула от меня лицо, как будто смущённая комплиментом.
Она повернулась ко мне спиной и сняла с себя одежду. У меня всё перевернулось внутри при виде её обнажённой спины, испещрённой ранами. Она отжала ткань.
– Что они с тобой сделали? – пробормотал я, не сдержавшись.
Она напряглась.
– Ты думал, узилище Тахи – отличное место? После исчезновения Райана меня допрашивали всю ночь.
– Но ты ни слова не сказала.
Она снова надела свою одежду.
– Ни слова.
– Аиша, все знали, что это дерево охраняют денно и нощно. Почему ты попыталась выкрасть цветок?
Она подошла к костру и рассеянно подставила ладони к теплу.
– Из самолюбия. Страха. Потому что я чувствовала себя опустошённой и отчаявшейся. Потому что я… я хотела снова полюбить себя.
Я сел на корточки, чтобы согреться.
– Я занял место Тарана, потому что хотел защитить его. Это было тоже решение, принятое из страха и отчаяния.
Она улыбнулась огню.
– Странные вещи делаются ради любви. Непростительные, странные, волшебные и незабываемые вещи. – Слеза замерла у неё на подбородке, отказываясь падать. Некогда я смахнул бы эту слезу, в то время, когда знать не знал о её предательстве. Теперь я просто смотрел, как её горе упало на землю и смешалось с песком.
– Несмотря на ненависть, которую ты ко мне испытываешь, – сказала она, – я до сих пор люблю тебя.
Что-то в моём сердце шевельнулось. Может, то были острые осколки, отчаянно пытающиеся срастись.
– Я знаю. – У меня кружилась голова, наверное, из-за того, что я слишком быстро выпрямился. Есть вещи, говорить о которых вслух даже хуже, чем думать. Мои подозрения подтвердились, а мне хотелось, чтобы она оставила меня в неведении. Мне не нужно было знать, что у неё в сердце, потому что у меня на сердце собиралась буря, которая уничтожит нас обоих, если я не устою.
Я не мог больше её любить. Я не мог замечать янтарный блеск в её глазах, полноту её губ и раскаяние, которое останется с ней на всю оставшуюся жизнь.
Мы собрали свои вещи, потушили костёр и продолжили путь. Если бы она не сказала лишнего, молчание, без сомнения, не было бы таким тяжёлым. Через некоторое время дорога разветвилась на три.
– Какую тропу выберем? – спросил я.
Она прошла мимо, прямо к средней тропе.
– Что?
– Налево, направо или прямо, Аиша?
Она стояла, глядя на дорогу перед собой.
– Вариант только один. – Она с тревогой посмотрела на меня. – Ты хорошо себя чувствуешь?
Только один вариант. Что-то было не так.
– Ладно. – Я улыбнулся. – Всё хорошо.
– Просто иди за мной, ладно?
Я неуверенно кивнул и покрепче сжал кинжал. Что, если коридоров было три, но она видела только один? Что-то должно было произойти. Я молча шёл за ней, держа оружие наготове.
Земля содрогнулась, и я отшатнулся назад, когда терновник пронзил песок. Одним быстрым движением я схватил Аишу и оттолкнул её прочь. Мы шлёпнулись на землю.
Она вскочила на ноги.
– Зачем ты это сделал? – воскликнула она.
– Терновник. – Я поднял оружие, тяжело дыша. Почва затягивала растения, как вода. – Нам нужно идти, и немедленно.
Я хотел схватить её за руку, но она оттолкнула меня. Рот у неё открылся, и она недоверчиво уставилась на меня. Почему она не бежит?
– Ты переутомился, – сказала она. – Здесь нет терновника. Нет никакой опасности.
Я посмотрел на дорогу впереди. Угроза ушла.
– Амир? – Она изучающе всматривалась в моё лицо.
– Я в порядке. – Я отряхнул с себя песок.
– Держись около меня и доверяй только моим глазам. Хотя бы некоторое время.
Я не осмеливался смотреть вперёд, страшась того, что увижу. Увижу то, чего не было, что существовало только в моём воображении. Ей придётся провести меня через это, пока я не смогу снова доверять себе.
Путь раздваивался. В конце тропы показалась фигура. Человек был изуродован: глаза его – чёрные дыры, тело сгорбленное и перекрученное. Я вспомнил историю капитана о рогатом изуродованном чудовище. Кровь капала у него с пальцев. Тварь улыбнулась и обнажила жуткий частокол зубов.
В первое мгновения я подумал, что мне это померещилось, но Аиша застыла. Она тоже видела её.
Я нацелил свой кинжал и метнул его прямо в грудь чудовища.
– Амир! – закричала Аиша, но моё оружие уже попало в цель.
Я никогда не промахивался.
Мы вышли раньше, чем ожидали. Успокоительное зелье капитана помогло Райану справиться с болью, и, вопреки моим ожиданиям, мы были снова в пути уже через полчаса.
– Дайте мне знать, если не сможете идти дальше, – сказал Казем Райану.
– Спасибо вам за помощь. – Райан на ходу плотно прижимал руку к груди. – Несмотря на ваши сомнения относительно моих намерений. Я благодарен за то, что вы сделали.
Капитан усмехнулся:
– Позволить умереть шахзаде Сарадана равносильно государственной измене и убийству, не правда ли?
Я со смехом покачал головой. Он помог Райану не потому, что тот был шахзаде. Его сердце состояло не только из непрожитых травм и давно забытых мечтаний, как бы он ни старался это скрыть.
