– Я ещё заслужу ваше доверие, – сказал Райан.
Моя улыбка погасла, когда наша тропа закончилась перед лестницей. Я уже давно чувствовал, что мы спускаемся, как будто направляясь к самой низкой точке Лабиринта.
Вдоль лестницы росли пурпурные цветы, которые я уже видел здесь. Капитан заметил мой интерес.
– Это морская лаванда, – сказал он. – Другое название – лимониум. Моя жена их обожала.
Я с удивлением посмотрел на него.
– Название вашего корабля…
Он кивнул и пошёл вниз по лестнице.
– Это память о моей дорогой Миле. Она собирала цветы и засушивала их.
Я вспомнил записную книжку, которую листал в каюте капитана. Это были её цветы.
Мы спустились по лестнице. Всем сердцем я надеялся, что мы найдём Амира и Аишу. В добром здравии. Целых и невредимых, без единой царапины. Иногда мои мысли уводили меня в тёмное место, где мы находили их безжизненные поломанные тела. Амир этого не заслужил. Я всегда был причиной всех его бед. Если мы выберемся отсюда, я навсегда это изменю.
Больше никаких приключений, никаких неприятных неожиданностей или опасных путешествий. Мы будем жить одной семьёй. Я женюсь на Инаре и устрою праздник. Никто и не подумает снова связываться с миром магии.
Я больше не желал быть его частью. То, что я согласился на обучение, было одной из моих многочисленных ошибок. Тогда это казалось выходом, способом отвлечься от боли прошлого. Теперь я видел, насколько ошибочным было это решение.
Мы остановились на перекрёстке. Звук бегущей воды сделался громче. Как ни странно, это меня успокаивало.
Казем схватился за нож.
– Будьте начеку. Опасность может таиться за каждым углом. Мы пойдём направо.
Он хотел повернуть за угол.
– Подождите, – сказал я. – Я уже достаточно подвергал ваши жизни опасности. Давайте я пойду первым.
Казем нахмурился.
– Вы не должны винить себя за случившееся на мосту, Таран. Если бы я искал своего брата, то тоже не пожелал бы свернуть с пути.
– Отныне я буду слушаться вас, капитан, – сказал я торжественно.
– Тогда вот мой первый приказ: идти позади меня.
Капитан повернул за угол и резко остановился. Он уставился вдаль, как будто увидел призрака. Однако оружие своё не опустил.
– Казем? – Я осторожно выглянул из-за угла. Амир. Аиша. Там, в конце тропы, стояли они, целые и, похоже, невредимые. Я не понимал, почему мой брат не расслабил свою напряжённую стойку. Он как будто не узнавал нас.
В глазах Амира был странный, почти убийственный огонёк.
Капитан опустил оружие и улыбнулся:
– Я рад, что мы нашли друг друга.
Я ожидал увидеть, как смягчается тяжёлый взгляд Амира. Вместо этого он начал двигаться. Сердце моё пропустило удар, когда он оттолкнул Аишу в сторону и сделал бросок.
Аиша закричала. Участвуя в Лабиринте в Тахе, он мастерски научился метать ножи. Я не понимал, зачем он метнул нож. Я не понимал, почему капитан остался стоять столбом. Я всем своим весом упал на Казема, но опоздал.
Мой брат – настоящий мастер в метании ножей – метнул своё оружие и попал в цель.
С губ моих сорвался сдавленный крик. Я упал на колени возле Казема. Кровь заструилась вокруг ножа, вошедшего ему точно в грудь, как стрела в мишень. Нет, нет, нет. Что произошло? Мои дрожащие руки никак не могли остановить кровотечение. Казем посмотрел на меня и покачал головой. На губах у него была кровь.
– Райан, рюкзак! – завопил я.
– Таран. – Казем схватил обе мои ладони, как будто они были штормовым леером, и крепко сжал их. – Я знал, что во второй раз не уцелею. – Он с большим трудом выговорил эти слова.
Аиша подбежала к нам и опустилась рядом со мной.
– Амир, – сказала она, расстроенная. – Он думал, что… Он видит то, чего нет на самом деле. Я не понимаю, что происходит. – Её трясло. – Пожалуйста, не умирайте.
Капитан улыбнулся и обнажил свои окровавленные зубы.
– Терновник. Голубая бутылочка, – сказал он. А затем грудь его перестала вздыматься и глаза застыли, вперившись во что-то очень и очень далёкое. Что-то за пределами этого мира, что-то, что он один мог видеть.
– Капитан. – Я потряс его за плечо. – Казем? – Горло моё сжалось. Я, не дыша, смотрел и пытался заставить себя мыслить ясно. – Аиша, что случилось? Что с Амиром?
По щекам её катились слёзы. Она так и не отпустила руку капитана.
– Терновник, – сказала она. – Когда мы разделились, Амир порезался. Я обработала его рану, но, думаю, яд попал в кровь.
Амир ошарашенно смотрел на происходящее.
– Простите, – бормотал он. – Мне очень жаль. Я думал… Я…
Я рывком раскрыл рюкзак и отыскал синюю бутылочку, помня о последних словах капитана. Я протянул её Амиру:
– Пей.
Он не спросил, что это. Амир в явном смятении поднёс снадобье к губам и послушно выпил всё до последней капли.
Я обнял его. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем он тоже обнял меня.
– Я убил его, – пробормотал он мне в плечо. – Он выглядел как создание Мастера, как чудовище. Его глаза… Глаза у него были как чёрные дыры. Он выглядел так, будто собирался убить нас.
– Амир. – Я схватил его за плечи. – Это был несчастный случай. Зелье поможет, и побочное действие яда закончится. – Во всяком случае, я на это надеялся.
